Все еще Адский шеф. Книга 6 (СИ)

Ничего и не могло произойти, учитывая, что мы заметили.

Мы с Дагоном пошли в разные стороны, пока машины скрывалась за поворотом. Да и нужно было обойти лишь одно здание. Впереди замелькал небольшой французский ресторанчик. Мы заходили в него с Максимом в первый день пребывания во Франции. Этот ресторан славился своим рататуем. В помещении было всего пять столов.

На входе мы пересеклись с Дагоном. Наставник стал ещё напряженнее, пока обходил дом. И его можно было понять. Неожиданная переменная.

— Ты тоже это почувствовал? — спросил меня шёпотом Дагон.

— Ага… — почесал я шею. Не нравилось мне это, но выбора не было.

Зашли внутрь, будто ступали на неизвестную территорию. Ресторан оказался пуст. В дальнем, самом тёмном углу сидела пара и о чём-то переговаривалась, мило улыбаясь друг другу. Будто у них был медовый месяц.

Седовласый старик. Росту был не маленького и не громадного, а просто высокого. Это можно было понять по тому, как он сидел. Он был в дорогом сером костюме, в модных, в цвет костюма, туфлях.

Рядом лежала трость с чёрным набалдашником в виде головы пуделя. По виду — лет сорока-пятидесяти с лишним. Рот будто кривился, но по-доброму, на сколько это было возможно. Выбрит гладко. Брюнет. Брови чёрные, но одна выше другой.

Глаза были разного цвета. Правый глаз чёрный, левый почему-то зелёный. И часто про них говорили так: правый — сверлящий любого до дна души, а левый — пустой и чёрный, как выход в бездонный колодец всякой тьмы и теней.

Рядом с ним сидела привлекательная женщина.

Сложена изумительно и выглядела безупречно. Длинные белые волосы разметались по спине, а её колдовские, горящие, фосфорические глаза будто видели то, что скрыто в самых дальних уголках твоей души. То, что ты не расскажешь никому, даже самому себе.

Женщине сложно было дать больше сорока. Даже больше тридцати. Слишком красива. И этим она частенько заманивала в свои сети.

Они нас заметили. Явно ожидали моего прихода.

— О, сынок! Как я рада тебя видеть! — воскликнула мама, оказываясь на ногах в мгновение ока.

Отец оказался рядом так же быстро, как и его возлюбленная. Улыбки у них были до ушей. И картина эта называлась’добрые родители случайно встретили своего сына.

Мать и отец полезли обниматься. И были они до того дружелюбными, что становилось не по себе даже мне. А Дагон и вовсе встал на одно колено, склонив голову.

— Брось, старый друг, — хохотнул отец, хлопая с силой Дагона по плечу. Наставник аж крякнул. И ведь не сильно ударил.