Все лгут

Это значит, что оно больше не имеет никакого значения и всем все равно.

У того, что Том сделал с Паолой, тоже вышел срок давности, хотя я считаю, что это неправильно. Она ведь действительно умерла, и ее завернули в ковер и бросили в море, хоть это и было очень давно.

Мама стала немного веселее."

"Мне кажется, это потому, что я снова начал разговаривать в тот самый день, несколько месяцев назад. Но не только поэтому, конечно. Когда мы праздновали Новый год, она кое-что сказала:

– Я сделала то, что было сделать непросто, и мне стало легче, хотя должно было стать еще сложнее.

Потом она сказала:

– Прости, все это звучит слишком запутанно.

А потом:

– Ой, вообще забудь об этом.

Но мне ничего не показалось запутанным. Я все понял.

Мама тормозит у отеля. Стены у него из желтого кирпича, а над большими окнами натянуты полосатые бело-желтые маркизы, которые слегка запылились. Перед входом расстелен красный ковер.

– Ты не хочешь пойти с нами? – спрашиваю я.

Она с улыбкой качает головой, но глаза у нее грустные.

– Мне нужно еще немного времени, дорогой. Но я обязательно с ней увижусь, обещаю.

Я узнаю ее сразу, хотя волосы у нее стали немного серыми, а лицо выглядит теперь более худым и как будто угловатым. Она сидит в кресле и смотрит в окно. На коленях у нее сумочка, расшитая разноцветным бисером.

– Вон она, – говорю я Бьянке, указывая на Ясмин, и сжимаю ее ладонь. – Вон там сидит моя сестра.

– О, какая крутая сумочка, – выдыхает Бьянка.

Мы делаем еще несколько шагов, и тут Ясмин замечает меня.

– Винсент! – восклицает она и крепко-крепко меня обнимает.

Я обнимаю ее в ответ.

Мы долго стоим. Как будто хотим друг друга утешить, но утешение нам не нужно. Мы и так уже суперсчастливы.

Закончив обнимать меня, Ясмин здоровается с Бьянкой. Потом Ясмин оборачивается к девушке в кожаной куртке, которая стоит прямо у нее за спиной.

Когда я обращаю внимание на эту девушку, мне становится страшно. Она выглядит ровно так, как выглядела Ясмин перед тем, как исчезнуть.

– Познакомься с Самирой, Винсент. Это моя дочь.

Самира протягивает руку, и я ее пожимаю.

– Поздравляю, – говорит Ясмин. – Теперь ты дядя, Винсент.

Я оборачиваюсь к Бьянке.

– Дядя, – повторяю я. – Ты слышишь? Сегодня – мой лучший день!

Мария

57

Я сижу возле окна в кафе напротив и гляжу на отель.