Он в том сражении трижды поднимал свои батальоны в атаку, сначала с командного пункта, а потом и сам впереди солдат побежал, но был убит множественными выстрелами немцев. Так вот Лешка у нас заболел. Давай свяжусь с распорядителями, и назначим тебя на его место комбатом, а?
– А давай! – принял влет решение Егор.
Он всегда принимал решения быстро. Это трудно понять обычному человеку, но Егор умел быстрее прочих оценивать данные, ситуацию, свои знания в том или ином вопросе, степень своего любопытства и интереса к предмету и принимать решения – быстро и остро.
И никогда не сожалел о сделанном выборе, даже если он оказывался неверным.
Но что-то Егор не упомнит таковых, неверных-то. Решения могли быть трудными или сложными в исполнении, и нести множество отягощений и полный набор ответственности, но неверными… Разве что в детстве, в подростковом возрасте, но и там ему не за что было себя корить, а уж жалеть о чем-то и подавно.
Вот так, в один момент, он и решил принять участие в интересном деле.
Борин, его начальник службы безопасности, узнав, куда шеф собрался, от возмущения чуть из себя не выпрыгнул, заодно припомнив, что Егор и так в Москве без сопровождения катается, против всяких инструкций. Но Егор его остудил немного, понимая, что серьезного разговора по возвращении все равно не избежать и что Борин в чем-то все-таки прав.
Ну а его преданный «нукер» Вася слушать начальство не стал, а просто сел в самолет и прилетел. И метался тут между организаторами, но, увы, роли все уже были заняты, пришлось ему пополнить ряды наблюдателей.
Егор усмехнулся, даже головой качнул, вспомнив, почему и как оказался на этом холодном майском поле, но тут в бинокль, который он так и продолжал держать, наблюдая за девицей, увидел такое, от чего у него чуть челюсть не отвисла – она начала подниматься, да не одна, а прижав к себе якобы раненого бойца!
– Похоже, девочка в войнушку заигралась! – обалдел Бармин, продолжая наблюдать за ней, а убедившись, что девчонка всерьез собирается так и тащить на себе парня, вдруг разозлился как-то начальственно.
– Идиотка, надорвется же!
И вскочил в полный рост, а потом побежал, не пригибаясь, к этой «сладкой парочке».
