"
"Стеллу он посадил вперед и во время поездки без умолку беседовал с ней, расспрашивал ее, как проходит отдых, приглашал их обеих к себе в клуб осенью. На станции он проводил их до перрона, где уже ждал маленький поезд. Стелле он пожал руку, потом наклонился и поцеловал в щеку.
– Вы меня спасли. Не могу даже выразить, как я вам благодарен. Пожалуйста, передайте это вашим родным, хорошо?
– Непременно.
Стелла и Луиза обнялись.
– До встречи в Мондебри[3].
– Это так вы называете свою квартиру? – спросил он, когда они вдвоем вернулись в машину.
– Да. Довольно меткое название.
– Вам не хватает мебели и тому подобного?
– Не то чтобы не хватает. Все самое необходимое у нас есть. Стелле кое-что подарил ее отец.
– А что мог бы подарить я?
– М-м… – И она рассказала ему про их плиту, купленную за два фунта и десять шиллингов: в дверце духовки у нее была дыра, и плотной бумаги, которой ее заклеивали, надолго не хватало. – Так что нам нужно раздобыть новую – я имею в виду, тоже подержанную, но другую.
– Я об этом позабочусь, дорогая. – Он пожал ей руку.
Спустя некоторое время он сказал:
– Ты извини за обед. Понимаешь, Диана сама не своя. То ли климакс, то ли еще что.
– А-а. – Луиза мысленно взяла себе на заметку: когда этого возраста достигнет она – а это случится лишь через много-много лет, – то постарается быть особенно милой со всеми; и ничем таким оправдываться не придется.
– Как у тебя с личной жизнью? – спросил он, когда они уже подъезжали к вилле.
– Все так же, – ответила она. – Замечательно. – Но невольно отметила, что два ответа не сочетаются друг с другом. – Он уехал надолго, на целое лето, куда-то на юг Франции, и, кстати говоря, даже не пишет. Потому я и расстроена немножко.
– Хорошо, что ты с нами, – сердечно произнес он. Он же ничего не заметил, подумала она.
– Боюсь, быть любовницей гораздо труднее, чем иметь ее, – добавил он. Значит, кое-что все-таки заметил, стало ясно ей.
Через десять дней ее отвезли в аэропорт Ниццы, откуда она улетала домой. Сама она считала, что ее вышвырнули. Диана просто не желала повторения двух ночей в отеле с его баснословно дорогой едой и заявила, что на заднем сиденье не хватит места для Сюзан, всего багажа, да еще и Луизы. Отец дал ей денег, чтобы она купила себе духи в аэропорту, она отыскала свои любимые «Беллоджа» от «Карон», и они порядком сгладили впечатление.
