— Она вывернулась, дотянулась до меня, схватила за руку с такой силой, как будто бы кости желала продавить. — Алёна, я не могу сейчас рожать, я не могу. — Тихо повторяла она. — Я не могу без Альберта, что он скажет, а вдруг он скажет, что это не его ребёнок?
— А у него есть повод, так сказать? — Спросила я тихо. И я вздохнула.
У Эллы из глаз брызнули слезы, и я покачала головой.
— Езжайте и рожайте, Элла. Все, что могла, я сделала. Машину на штрафстоянку отгонит эвакуатор.
Элла сильнее постаралась перехватить меня, притянуть к себе.
— Ален, что мне делать? Что? Что мне делать, Ален?
Я пожала плечами, фельдшер засуетилась, стараясь оттеснить меня, перехватила за запястье Эллу, пытаясь отодрать от моей руки, начала быстро, быстро что-то объяснять и перевела на меня взгляд, когда каталка подъехала к краю скорой помощи.
— А вы. Вы снами едете?
— Нет. Вы что, — пожала я плечами.
— А как же…
— Это любовница мужа, — вздохнула я и покачала головой. Фельдшер осталась стоять с приоткрытым ртом, а я пожала плечами и все-таки развернулась, тяжело двинулась в сторону калитки.
Снова пискнула ключом, толкнула от себя створку и оказалась на территории участка.
Ворота выгнуло чуть ли не углом.
Я медленно шла в сторону дома, не понимая, какого черта со мной происходило."
"Вся ситуация как будто бы высосала из меня всю жизнь.
Дойдя до порога, я присела на одну из крайних ступенек, запустила пальцы в волосы, тяжело задышала.
В жизни любой женщины, которая когда-либо испытывала предательство, иногда возникает дурацкое, глупое чувство того, что, может быть, я ошиблась.
Может быть, я слишком строга и тщеславна?
И, может быть, на самом деле он тоже ошибся.
Вступал в действие закон того, что любой ужасный поступок может быть продиктован не злым умыслом, а банальной человеческой глупостью.
Вот в какие-то промежутки, в какие-то окна затмения я думала, что ошиблась, я думала, что у меня в жизни что-то пошло не так из-за меня, а не из-за того, что муж кобель.
И, видимо, напитанная этой информацией я гневила мироздание.
И оно мне дало ответы.
Я не виновата ни в чем была.
Абсолютно ни в чем, и чтобы получить подтверждение этому, жизнь столкнула меня нос к носу с беременной любовницей мужа.
Я тяжело вздохнула, подтянулась и медленно встала, опираясь на перила.
В горле саднило, как будто бы у меня была ангина в самой запущенной форме.
Я тяжело дышала, пыталась выровнять сердцебиение, но ничего не выходило.
А зайдя в дом, я упала на диван.
