Проходя мимо спальни сына, уже перед сном, я стукнула костяшками по двери и, заглянув внутрь, уточнила:
— А ты сам то во сколько приедешь?
— НУ, к началу? — Пожал плечами Гордей, и я вскинула брови.
— А как же то, что у тебя с собой ни костюма, ничего.
— Не переживай, костюм у меня давно висит на работе.
Я не переживала.
Я ушла в свою спальню, которая осиротела без него. Приняла душ. Высушила волосы и накрутила объёмные бигуди для того, чтобы завтра парикмахеру было проще создавать объём. И когда вот такую, за маленьким туалетным столиком, меня застал сын, я удивилась почему он до сих пор не спал.
Гордей опёрся плечом о косяк и глубокомысленно произнёс:
— А знаешь, в чем вся проблема-то, походу?
Я непонимающе уставилась на ребёнка и пожала плечами.
— Он её замуж не зовёт. Вот в чем вся проблема. Ха-ха!
17.
Из-за почти бессонной ночи утром я была. Чуть более свежей, чем маринованный огурец.
Меня все бесило и раздражало, я нервничала, у меня потели ладони, поэтому, когда приехал визажист и парикмахер, я по третьему кругу обходила стол.
И мысленно проклинала все.
— Ну что такое, Ален? Ну что? — Тихо спросила мой парикмахер и усадила меня на кресло.
— Да нет, как-то волнительно, все в порядке, — произнесла я сдавленно и скупо. И в этот момент со второго этажа сбежал Гордей, он пронёсся мимо меня, чмокнул в щеку и заметил.
— Мам, встретимся вечером, я погнал.
Я рассеянно кивнула и увидела несколько входящих от Насти, своего рекламщика, быстро подняла трубку.
— Ален, я знаю, у тебя сегодня какое-то мероприятие, давай я подскочу, сделаем немножечко снимков. А ты же все-таки такая у нас интересная становишься, на телевидение зовут.
— Господи, зачем нам это надо? — Выдохнула я и туго сглотнула.
— Ну как зачем? Это тоже один из видов пиара. Что ты думаешь, если у тебя супер эстетичный блог уютной жизни, то зрители не хотят видеть какой бывает у тебя жизнь помимо блога? Очень хотят, особенно если мы запилим хорошие рилсы на тему того, как ты будешь читать там поздравления, либо фоткаться с гостями.
НУ, это круто.
— Господи, делай что хочешь, — рассеянно отозвалась я, и Настя, взвизгнув, кинула трубку. Парикмахер, посмотрела на меня, покачала головой.
— Ну что сегодня?
— Давай локоны. — Выдавила я через силу, и на телефон стали сыпаться сообщения от дочери о том, что организатор торжества позвонила, сказала, что несколько видов закусок придётся отменить, что детский час будет с шести до восьми.
