Папа на удивление встретил меня весьма дружелюбно, вообще он как-то подозрительно рад и благодушен.
— Простите, девочки, важный звонок.
— Наташ, с тобой все хорошо? Ты какая-то напряжённая, что случилось?
— Нет, мама. Мне плохо. У меня болит живот. Очень.
— Месячные что ли? Давай таблеточку дам.
— Нет, мама. Я беременна, — громче, чем нужно сказала я. — Может это выкидыш? Я не хочу.
— Тихо, солнышко, успокойся, — мама встает со стула и тут же подходит ко мне. — Сейчас мы вызовем скорую и все будет хорошо, — мама набирает номер, что-то говорит, а я уже мало что слышу.
Какое-то нехорошее предчувствие поселилось где-то внутри. — Все, скоро приедут, не накручивай себя раньше времени, хорошо?
— Хорошо, но мне больно.
— Ну потерпи немножко.
— Вы чего, девчонки? — слышу позади голос папы.
— Наташе плохо стало, наверное, киста, что-то по-женски в общем. Мы скорую вызвали, сейчас приедут.
— Зачем скорая, я сам быстрее отвезу!
— Саша, скорая лучше, сразу укол сделают или что-то такое и отвезут куда надо.
Не нервируй, пожалуйста.
В кой-то веки мама руководит процессом, а папа кудахчет словно курица. В один момент мне даже стало смешно, если бы не было так грустно.
***
Странно, мне вроде бы ничего не делали в скорой, а может что-то и вводили, но я хоть убей не помню всю эту канитель. Одно помню точно — немолодая женщина врач, уже в больнице, постоянно хлопала меня по плечу и несколько раз повторяла одну и ту же фразу «Внематочная.
Хорошо, что успели, трубу спасем». Это какая-то чушь! Было бы чушью, если бы я не лежала сейчас в палате и не отходила от наркоза. А может мне это все снится? Впиваю ногти в кожу — нет, больно, значит не снится. И это точно не моя комната. Руки немного ватные, но я все же открываю одеяло и рассматриваю себя. Не сон, стала бы я надевать на себя такую сорочку, к тому же, на мне точно нет белья. Закрываю глаза и пытаюсь хоть немного прийти в себя."
"— Котеночек, ты уже проснулась, как ты себя чувствуешь? — никогда не думала, что буду так рада слышать мамин голос.
— Бывало определённо лучше, — открываю глаза и смотрю на маму, которая тут же присаживается ко мне на кровать и берет за руку. — Мам, как так, я же не болела никогда, у меня все нормально было.
— Всякое бывает, я вот тебе не говорила, а у меня после Леськи то же самое было, а после ты уже родилась. Я тоже себя здоровой считала, но все же хорошо закончилось.
