— А ты в состоянии?
— Не знаю.
— Ну вот и спи.
***
В понедельник я не пошел на работу. Запросто мог, в конце концов, Наташа не помирашка, но почему-то не хотелось. А вот во вторник все же вырвался на несколько часов. Но этого хватило, чтобы, вернувшись домой, застать девчонку с мокрыми волосами и уже в вполне осознанном состоянии.
— Отвезешь меня домой? — перебирая руками волосы, спрашивает Наташа.
— Говорят, нельзя принимать душ, когда болеют, — игнорирую ее вопрос.
— Я не хочу натягивать платье на липкое тело, и я уже вполне нормально себя чувствую.
Так отвезешь?
— С мокрыми волосами?
— Я быстро подсушу.
— Хорошо. Отвезу. Ты бледная, кстати.
— Я всегда бледная, пока на мне нет румян, а еще краснею, когда становится стыдно, — усмехается, прикрыв глаза.
— И часто тебе бывает стыдно? — присаживаюсь к ней на кровать.
— Бывает, — смотрю на нее и не могу понять, что меня смущает. Наверное, то, что она какая-то милая. Бред какой-то, чему здесь, казалось бы, удивляться? Девушки и должны быть такими, но почему-то не эта.
А потом я понял, она вновь прощается. И все-таки дура.
— Ладно, собирайся пока, потом отвезу.
Через полчаса Наташа вышла уже полностью одетая с высушенными волосами и даже каким-то намеком на макияж. Вообще у нее какой-то пунктик на внешности, уж слишком идеальной она хочет казаться.
Молча дошли до машины, посадил ее на переднее сиденье, и мы отправились к ней домой. Доехали быстро, без приключений и словесных баталий. Не могу объяснить, но мне больше нравится не тихушница, сидящая сейчас рядом со мной, а вот та самая, говорящая невпопад, стерва.
Сам себе усмехаюсь, дожил блин.
— Что смешного?
— Да так. Тебе лучше этого не знать. Кстати, когда ты была в отключке, звонила твоя мать, я с ней немного побеседовал.
— О, Господи! Какой ужас. И что ты ей сказал?
— Правду, что же еще.
— А как ты объяснил кто ты?!
— Как есть, так и объяснил. Твоя маман хотела разведать побольше обо мне, но я решил остаться загадкой. Свой возраст я так ей и не сказал.
— Ну зачем ты ответил на звонок?! Как я теперь буду перед ней выкручиваться?
— А с хера ли тебе выкручиваться? Ты давно не ребенок, а взрослая девочка, которая, кстати, уже не девочка.
— Хватит!
— Вот именно, хватит загоняться всякой херней. Давай закончим ругаться на пустом месте?
— Я не ругаюсь. Ладно, мне пора. Спасибо за все.
— За что?
— Прекрати.
— Ладно, не грузись. Я приеду завтра к часам семи, восьми. Раньше не получится. Работы много накопилось.
