— Кто-то умирает?
— Нет, но…
— А там, — тонкий палец тычет на закрытые двери в глубине коридора, — уже две остановки было. Ожидайте. А лучше приходите завтра. Таточка Багратовна сегодня не в духе.
Где-то в области глаза занимается противная пульсирующая боль.
— На сколько это может затянуться? — киваю в сторону двери.
— Должны уже были закончить, — отчего-то смягчается медсестра. — Да вы присаживайтесь, в ногах правды нет. А туда вас все равно не пустят.
Прерывая нашу беседу, злосчастная дверь в глубине коридора резко распахивается.
Из нее вылетает маленькая худенькая фигурка. Она движется так быстро, что из-за развевающейся голубой робы больше походит на привидение. Очень и очень злое… привидение.
— Ну, я же говорила! Две остановки. Таточка Багратовна такого ужас как не любит.
Привидение резко останавливается. От голубого пятна отделяются две маленькие белые ручки, касаются лица и замирают так на некоторое время, пока Тата приходит в себя. Отчего-то мое горло пересыхает. А в это время двери вновь открываются, выпуская из блока интенсивной терапии остальной персонал.
Пожилой мужчина останавливается возле Таты, похлопывает ее по плечу. В коридорах довольно тихо, и до нас доносятся обрывки фраз:
— Нужно было по старинке, Тата… Это просто невероятно, то, что он выжил…
Тата приосанивается. Как будто привыкла скрывать ото всех свои истинные чувства или, не дай бог, слабость… И мне так это знакомо, но в то же время неожиданно в ее исполнении, что невольно я морщусь. А она улыбается, что-то отвечает и, стащив с головы медицинскую шапочку, отбрасывает ту в рядом стоящую урну.
— Вот же чертов упырь! Все соки он из нее выпил… — шипит рядом медсестра, но я никак не успеваю среагировать, потому что наши глаза с Татой встречаются. Наконец, «чертов упырь» заканчивает, идет мимо меня, и яполучаю возможность ей все объяснить.
— Привет. Не ожидала, что ты приедешь.
— Да я и сам не ожидал, — сознаюсь прежде, чем до меня доходит, как на самом деле она может расценить мои слова. — Кхм… Я вообще-то по делу.
Тата вздергивает совсем не по-армянски светлую бровь и одаривает меня равнодушным взглядом. Что ж… похоже, я действительно начал наш разговор не с того. Может быть, она после той ночи надеялась, что я поведу себя как-то иначе. Идиот! А ведь всего-то и нужно было, что подыграть…
— И что же за дело тебя ко мне привело?
— Чудовищная ошибка. Представляешь, в ЗАГСе что-то попутали и вместо Саши с Кирой поженили нас с тобой.
Не знаю, какой реакции я ждал.
