Все ради тебя (СИ)

Столько мне времени потребовалось, а еще один любимый человек, чтобы помочь преодолеть свою ненависть и приблизиться к прощению. Нет, я все еще не простила его, но наши отношения намного теплее сейчас. Мой яд все еще присутствует, конечно же, и острые шуточки тоже, но их уже меньше. И да, я снова называю его отцом, ведь на самом деле так его любила…да и люблю до сих пор. Иногда это сложно. Временами напротив. А с другой стороны…почему бы не попробовать, да? Просто попробовать? Если я смогла простить Адама, то и его когда-нибудь тоже.

— Но ты не думаешь…что он должен знать, что…Кристиан не был плохим человеком на самом деле?

Я касаюсь его подбородка пальцем и шепотом добавляю.

— Помнишь, что сказал мне один мудрый и дико сексуальный мужчина? Жить, ненавидя своего отца, очень сложно.

Адам тихо усмехается.

— И кто тебе такое только сказал? Надо ему…не знаю, сюрприз какой-нибудь преподнести? Например, какое-нибудь белье на его дико сексуальной женщине?

— Его дико сексуальная женщина услышала, но ей, по-моему, велели не надевать никакого белья в их спальню? И вообще ничего.

Если мне, конечно, не изменяет память.

— Она тебе не изменяет, — кивает с охотой, а потом подтягивает меня ближе и оставляет поцелуй на губах с шепотом, — Я подумаю, что можно сделать. И я прослежу, чтобы с ним все было нормально. Спасибо, Рассвет. Теперь пойду к дочери, ладно? Она с минуты на минуту проснется. Хочу быть первым, кого она увидит.

Киваю пару раз и срываю еще один поцелуй, но потом отступаю.

А потом смотрю в спину. Почти отпускаю, и я правда хочу его отпустить, но мы договорились, что не будем скрывать наши страхи, поэтому и свои я сейчас озвучиваю…

— Адам… — муж останавливается, слегка повернув голову вбок — слушает очень внимательно, — Сай, конечно, ничего не знает, но…мне страшно, понимаешь? Что вся та история с…ней…слишком просто закончилась. Ну…ты понимаешь, о чем я…

Медленно поворачивается окончательно. И я смотрю в его глаза, в которых нахожу точно то же самое, что есть у меня на сердце — он думает о том же, я это чувствую…

— Мне тоже страшно, Лиз.

Я хорошо знаю, на что она была способна, а если ее загнать в угол, как тогда?

— Она могла что-то оставить.

— Все будет нормально…

Киваю теперь я, но на душе странная тревога. Мне кажется, что вся эта история еще далеко не кончена…мне кажется, что снова что-то грядет, а тучи возле моей луны становятся снова ближе…