Все радости - завтра

Младший брат Эвана, Мурроу О'Флахерти, находится в имении графа Линкольнского. Ему нужно заводить влиятельных друзей, так как у него нет земли. Я могу дать ему богатство, но не земли. Земли он должен будет добыть сам, Адам.

Виллоу находится с леди Сесили Смолл. Моя старшая дочь не любит Ирландию. Наверное, наследственность ее отца заставляет ее стремиться к более мягкому климату. Поэтому я разрешила ей перезимовать у леди Сесили, пока Робби в отъезде. Они любят друг друга, и леди Сесили обучает ее всем женским премудростям.

Слава Богу, что Робби и его сестра согласились формально удочерить ее, дать ей свое имя и сделать наследницей. То, что ее отец был испанцем, могло бы помешать ей в обществе, а если бы еще стало известно, что он был великим сводником Алжира! — Скай содрогнулась. — Хотя я любила Халида, его дочь не должна об этом знать. — Она хихикнула:

— Халида бы развеселило, узнай он, что его дочь — настоящая английская девочка. Но без имени Робби Смолла она бы пропала.

Большинство людей думают, что она действительно родственница Робби.

Мой маленький граф Линмутский — придворный паж. Итак, Адам, мне нельзя появляться при дворе, но мой Робби — любимый паж королевы. Говорят, он с каждым днем все больше становится похож на Джеффри. — Она улыбнулась. — Самого Джеффри называли «ангельским графом», а наш сын Робби получил при дворе прозвище Херувим. Как бы Джеффри гордился им! И мои дети от Бурка находятся в безопасности в их замке.

Нет, Сесил не сможет использовать против меня моих детей.

Только Робби сравнительно доступен для него, но, будучи наследником одного из знатнейших родов Англии, он неприкасаем. Кроме того, Сесил не настолько жесток, чтобы пользоваться в войне детьми. Мягкое сердце — проклятие дворянина, а лорд Берли — честный человек, несмотря на то что он фаворит Елизаветы Тюдор.

— Ты не простила ее, а, Скай?

— Нет, Адам, я никогда не прощу ее за то, что она сделала мне. И я не прощу ей то время, которое она украла у нас с Найлом, особенно теперь, когда… когда Найл мертв.

— Скай, милая Скай! — Он обнял ее и прижал к груди. — Не воюй больше с Бесс Тюдор, моя девочка. Обещай мне! — Он внезапно испугался за нее.

— Обещаю тебе, Адам. Я стала мудрее той женщины, которая нападала на королевские суда прямо у нее под носом. То, что королева никогда не сможет доказать это, — уже достойная победа.

— Нам просто повезло тогда, Скай, — мягко возразил он. Она хмыкнула:

— Мне жаль только изумрудов. — И он рассмеялся вместе с ней.