Все радости - завтра

Свадьба Генриха Наваррского с Маргаритой Валуа была самым ярким событием в истории Франции за последние несколько лет, особенно принимая во внимание то, что невеста весьма недвусмысленно высказывалась против этого брака.

Маргарита Валуа унаследовала сильный характер своей матери-флорентийки Екатерины Медичи, но была гораздо популярнее королевы-матери, так как была стройна, красива и весела. Все парижане — по большинству католики — сочувствовали своей любимой принцессе, которую выдавали за гугенота против воли.

Не будь их страх перед вдовствующей королевой сильнее любви к ее дочери, юному наваррцу несдобровать. Но пока даже официальный любовник принцессы, герцог де Гиз, не осмеливался выступить против жениха.

Очевидно, после рождения дочери жена короля Карла IX, прелестная императрица Елизавета Австрийская, не в состоянии более рожать, а единственный сын короля от его фаворитки Мари Туше — незаконнорожденный. Официальным наследником становился принц Анжуйский, любимым занятием которого было наряжаться в женскую одежду.

Практичные французы не могли ожидать от него чего-либо путного. Таким образом, Генрих Наваррский становился наиболее вероятным претендентом на престол, если, конечно, примет католичество, а его жена — их любимая принцесса — станет королевой. Кроме того, этот союз мог положить конец раздирающим Францию религиозным войнам.

Пока кареты семейства де Савилей катились к Парижу, женщины оживленно обсуждали, что им надеть на бал в Лувре в ночь бракосочетания.

Их радость и возбуждение по поводу праздника не могли не передаться Скай. За окном кареты расстилалась летняя Франция — сады и виноградники были уже полны плодов, а на полях дозревали посевы. Совсем не то, что в эту пору в ее любимой Ирландии и прекрасной Англии, но Скай ничего не имела против — Франция тоже красивая страна. Она молилась о возвращении домой, но, если это не исполнится, можно будет прожить и здесь.

В пути им встречалось немало постоялых дворов, однако граф был придирчив.

На дорогах Франции царило оживление, но им всегда удавалось обеспечить себе отдельные спальни и столовую. Скай размещалась обычно в спальне с Габи и ее двумя старшими дочерьми, Изабо и Кларисой, а в другой спали Мюзетта и шестнадцатилетняя дочь Изабо — Матильда, восьмилетняя дочь Александра, маленькая Габи, а также две дочери Кларисы — Мари-Габриэла и Катрин. Три младшие девочки ехали в Париж впервые и были вне себя от восторга.