Все радости - завтра

Закрыв глаза, чтобы они не выдали ее, она начала стонать, одновременно ее тело повторяло его движения. Она прибегла к старой гаремной уловке и напрягла внутренние мускулы, обвив его орудие.

Герцог Наваррский простонал от наслаждения. — О, дорогая, — почти прорыдал он ей на ухо, — как сладостна пытка, которой вы подвергаете меня! Не останавливайтесь, прошу вас!

Она поняла, что с ним не так-то легко справиться, усталость уже давала о себе знать, когда он наконец издал торжествующий вопль и наполнил ее своим семенем.

Скай и сама закричала, но от облегчения. Ну, теперь-то он удовлетворился и она сможет вернуться к Адаму, пока ее отсутствие не показалось слишком подозрительным. Но король еще несколько минут лежал на ее груди, восстанавливая дыхание.

— Мой Бог, дорогая, — воскликнул он наконец, — вы великолепны, хотя, держу пари, это тоже вам говорили много раз!

Скай не смогла удержать вздоха облегчения.

— Ну, монсеньор, теперь, когда вы насладились, я могу удалиться?

— Дорогая, да мы только начали! Я не собираюсь отпускать вас до рассвета.

 — Он поцеловал ее. — Ну же, красавица, разве я не доставил вам величайшего наслаждения? А вы не насладили меня? — Он победоносно улыбнулся ей, и, хотя Скай хотелось ненавидеть этого самодовольного юношу, она с удивлением обнаружила, что не в состоянии сделать это.

— Монсеньор, что я скажу своему жениху, если вы продержите меня до рассвета? Мне придется сказать ему правду: что, герцог Анжуйский хитростью заманил меня в потайной кабинет королевы, а вы меня изнасиловали.

Когда Анжуйский уводил меня, рядом была мать Адама, которая подтвердит мои слова. Подумайте, какой будет скандал, месье герцог! Вы меньше чем неделю женаты на принцессе крови и уже насилуете чужих невест. Немедленно отпустите меня, и я вернусь в зал — это будет самое мудрое решение.

— Вы рассуждаете совершенно правильно, красавица, но только то, что я преследую других женщин, не может повлечь никакого скандала. Таков уж мой характер, и этого от меня все ожидают независимо от того, женат я или нет.

Моя милая женушка уже изменила мне с герцогом Гизом, пустив его в свою постель, пока я развлекался со своим шурином герцогом Алансонским. Вот это, мадам, могло бы стать причиной скандала, но так как я гугенот, а Марго — добрая католичка, никто во Франции не сочтет это грехом. Марго считает, что это просто ее долг — наставлять мне рога. Так что никто не придаст значения сегодняшнему приключению.