Все радости - завтра

Королева не может этого требовать! Она не имеет права!

Скай не могла разрушать его идеал Елизаветы Тюдор. Он был англичанин, и не просто англичанин, а отпрыск одного из знатнейших родов. Но его титул и богатство ничего не значат без его полной преданности короне, это Скай понимала.

— Робби, — тихо сказала она, привлекая сына к себе, — королеве нужна моя помощь, ей нужна морская база на Средиземном море, и Бомон де Жаспр прекрасно для этого подойдет. Ей нужен агент на границе с Францией и Испанией. А взамен герцог требует от Англии только жену.

— Об этом я не подумал, мама, — сказал он, но его зеленые глаза наполнились слезами, а губы задрожали.

— Я увижу тебя снова, мама?

— О Робби! — Она крепко обняла его. — Я устроюсь, и ты приедешь ко мне. И ты, и Виллоу, и Дейдра, и твой маленький братик Патрик. Даже Мурроу и Эван, если захотят!

— Когда ты едешь, мама? — Его голос дрожал.

— Через месяц. — Она поцеловала его. — Ну, иди, любовь моя. Я всю эту осень была в Ирландии, и ты нисколько по мне не скучал. Вы так увлечены двором, мой лорд Линмутский!

На его губах проскользнула улыбка, и он вдруг стал так похож на отца, что Скай чуть не задохнулась от нахлынувших воспоминаний.

— Возможно, мадам, — напыщенно произнес он, и она рассмеялась.

— Грубиян, ты с каждым днем все больше становишься похож на Джеффри.

— Робби Саутвуд! — В дверях стояла Виллоу, нетерпеливо постукивая ножкой о пол.

Робби вырвался из объятий Скай и элегантнейшим образом расшаркался перед своей единоутробной сестрой, срывая одновременно с головы маленькую темно-зеленую бархатную шапочку с фазаньим пером.

— Ваш покорный слуга, мисс Смолл, — произнес он, низко кланяясь.

Виллоу сделала в ответ изящный реверанс, разведя складки своих розовых бархатных юбок.

— Добрый день, граф, — сказала она. Но тут же дети с хохотом и визгом бросились в объятия друг друга под счастливым взглядом улыбающейся матери.

— Не найдется ли места и для меня? — раздался вдруг голос.

Скай повернулась и увидела в дверях высокого темноволосого мальчика.

— Доброе утро, мама. — Он подошел и поцеловал ее. — Леди Клинтон дала мне отпуск на то время, пока ты в Лондоне. Я надеюсь, все пройдет хорошо. — Он с тревогой взглянул на нее.

«Слава Богу, — подумала она, — в нем нет ничего от отца».