Все радости - завтра

Адам, любимый! Адам, который отказывается от нее, чтобы не препятствовать ее будущей настоящей любви и не портить ей жизнь. Она почти сказала это вслух. Судя по портрету, герцог совсем другой человек. О, если бы Адам объявил о помолвке с ней до того, как ее навестил Сесил! Но в любом случае Адам — ее друг, партнер, временами — любовник, человек, которого она любит. Когда она обратилась к лорду Берли, она была уязвима, и тот использовал ее уязвимость — этого и боялся Адам. Она вздохнула. Жребий брошен, и независимо ни от чего она уже на пути в Бомон де Жаспр.

— Дейзи! — позвала она, очнувшись от грез.

— Я здесь, госпожа, — последовал ответ вбежавшей Дейзи. — Я достала ваше черное бархатное платье, госпожа. То самое, с черно-белой парчовой нижней юбкой.

Скай кивнула, не особенно интересуясь нарядом, тут она полностью доверяла Дейзи. Наряды потеряли для нее притягательность: она интересовалась ими, когда ее одевали Халид, Джеффри и Найл. Выкупавшись, она вышла из ванны и стояла, пока Дейзи вытирала и пудрила ее.

Скай автоматически натягивала белье, черную шелковую рубашку и чулки, которые она пристегнула серебряными лентами подвязок. Молча надела простые черные шелковые туфли с серебряными розетками. Затем пришел черед нижней юбки и, наконец, самого платья, рукава которого имели разрезы, что позволяло видеть парчу.

— Украшения? — спросила Дейзи.

— Жемчуг, — ответила госпожа, — розовый жемчуг. То длинное ожерелье с двойной нитью, такие же серьги и заколки.

— Отлично, госпожа.

 — Дейзи поспешила за шкатулкой с украшениями и, вернувшись, начала доставать каждый предмет из чехольчика, сделанного из красной марокканской кожи, с подкладкой из бледно-голубого шелка.

Скай надела ожерелье и пристроила жемчужины прямо над глубоким вырезом. Розовые жемчужины серег свисали с мочек ушей на тонких золотых нитях. Пока она занималась украшениями, Дейзи укладывала ее иссиня-черные волосы в прическу по французской моде, которую предпочитала госпожа. Окончив работу, она пристегнула к массивной шелковистой гриве оправленные в золото розовые жемчужины заколок, соответствующие остальному гарнитуру.

— Кольца? — Дейзи открыла другую шкатулку.

Скай поразмыслила над выбором, быстро вынула несколько колец подряд и столь же быстро бросила их назад. Наконец она задержалась на ограненном в форме сердца рубине, черной жемчужине и большом круглом алмазе.

— Это сгодится, — пробормотала она, надевая их на свои длинные тонкие пальцы.