Все сложно

Олег тихо выругался. И это тоже чуть-чуть приподняло мою самооценку.

Я не запомнила, на какой этаж мы поднимались. В лифте мы целовались, как безумные. Помню только, как он открыл дверь. Как я скинула пальто прямо на пол… Олег развернул меня волчком. Прошелся голодным взглядом по телу. И рванул полы блузки, так что пуговички дождем упали на пол. А потом прямо поверх лифчика-паутинки впился в сосок губами и одновременно с этим, рывком усадил меня на небольшую консоль для мелочей. Я вскрикнула, когда в мягкую плоть ягодицы впились ключи.

Он хмыкнул. Глядя мне в глаза скинул с себя пиджак, рубашку. Положил мои руки на свою грудь. Такой красивый… Подкачанный, загоревший… Я бесстыже исследовала его языком, пока он возился с моей юбкой. И колготками. Прежде чем, не придумав ничего лучше, просто их разодрал и с тем же остервенением принялся драть меня. Бедная консоль скрипела безостановочно, пока он меня накачивал. И вместе с этой консолью скулила я.

Я вскрикиваю, потому что, дотлев, сигарета пребольно обжигает пальцы.

Бросаю ее в раковину. Включаю кран. На часах девять, и если я хочу успеть освободить собственную спальню для дочери и ее мужа, мне нужно поторопиться.

То, что случилось тогда — было чудовищной, катастрофической ошибкой. Если бы я знала, к чему это все приведет, ни за что бы не поддалась искушению. Впрочем, теперь мне остается лишь делать вид, что ничего между нами не было. Что я впервые увидела Олега, когда спустя почти полгода моя Котька привела его в дом…

Звонок звонит раньше, чем я рассчитывала.

Гляжу на разбросанное по кровати содержимое комода — трусики, лифчики, колготки. Вот и что с этим всем прикажете делать? Хватаю плед, накрываю разбросанное барахло и выбегаю в коридор, чтобы открыть. Вместо Котьки и Олега на пороге — Победный с сыном.

— Привет. Я вас не ждала так рано.

Собственно, Бориса я не ждала вовсе. Обычно он подбрасывал Мирона к подъезду, тот отзванивался ему, поднявшись в квартиру, и его папенька уезжал. Так мы сводили на нет ненужные встречи.

Но, видно, с тех пор, как Победный остался один, у него появилось слишком много свободного времени.

— Вот, пап, я же говорил! А ты — маме надо помочь, надо помочь… — бубнит Мир, пиная носком свой рюкзак.

— Ладно, не ной, — отмахивается Победный. — Где бы мы еще так вкусно позавтракали?

Учитывая, что я, блин, не планировала готовить, вопрос — отпад!

— Так вы еще и не завтракали…

— Я думала, ты приехал помочь, а не нагрузить меня еще и готовкой.