Все сложно

Сопли-слёзы и нескончаемые разборки? Ну, ладно, с подругой можно покончить. А вот с Олегом как быть?

Так ничего для себя не решив, делаю вид, что ничего не заметила. Но взять эмоции под контроль не так уж легко, меня всё сильней колотит.

— Ну, спасибо за ужин. Теперь можно и поработать.

Котька с Диной продолжают о чем-то оживлённо трепаться, я выхожу в коридор. Кровь в ушах заглушает шаги. И вообще все другие звуки. Почему-то над хаосом в моей голове, поднимается мысль — я забыла включить стирку. Как будто это сейчас имеет хоть какое-нибудь значение! Нет, конечно, нет.

Но я все равно захожу в ванную, чтобы исправить эту оплошность.

Зять присоединяется ко мне, когда я склоняюсь над барабаном, чтобы закинуть капсулу. Резко оборачиваюсь.

— Олег? Что-то случилось?

Отвожу взгляд, но он обхватывает ладонью мой подбородок и силой поворачивает к себе.

— Не впутывай меня в это. Понял?

— Что? Так и будешь молчать?

— А что ты хочешь, чтобы я сказала?

— Не знаю. Какой я негодяй, может быть. Низкий человек.

У него жена болеет, а он вон что себе позволяет.

— Ну, кажется, ты всё и сам озвучил. Теперь я могу выходить?

— А я старался, Саш. Я два года терпел. Но не могу уже, просто не могу. Я на стенку готов лезть. Просто… от недостатка человеческого тепла. Какого-то хотя бы маломальского участия. Меня достало каждый раз выпрашивать секса и чувствовать себя виноватым. Я мужик. Мне нужна женщина. Мне нужна женщина… — сбивчиво шепчет он, обжигая мой покрытый холодным потом висок дыханием.

— Скажи об этом Кате.

— Она меня не хочет! Не хочет, слышишь? Я… Если бы она была здорова, я бы ушёл. Клянусь. А так… Кем я буду? Кем я буду, Саша?! Скажут — ну какой мудак! Бросил бедную девочку. И разве хоть кому-нибудь важно, что это не я её бросил! А она меня бросила. Она… Не я. Я знаю, что она винит меня в том, что случилось. Но я… Я же не специально. Я…

Котька моя дочь. Но Олега мне тоже жалко. Буквально до слёз. Я не знаю, что ему посоветовать. Ведь если жизни нет, один рецепт — разводись.

Но что бы там у них с Котькой не происходило, она его вроде бы любит. Сказать так — означает предать интересы дочери. Всё так запуталось. Пока я в панике обдумываю, как выкрутиться из этой ситуации, его руки соскальзывают мне на задницу. Пальцы жёстко впиваются в плоть. Я каменею и шепчу, едва ворочая языком:

— Нет… Нет. Какого чёрта ты делаешь?

— На что это похоже?

— Олег, ты спятил? — мой голос дрожит.

— Нет. Но, кажется, до этого недалеко.