Все способные держать оружие…

Нас тут как раз две несчастные одинокие женщины…

– Может быть, сегодня… Да, Криста, а кто эта девушка, которую я резал ножом?

– А, ну да, тебя не было в тот момент… Девушка, которая так странно танцевала в библиотеке.

– Поняла. Это Таня Розе, она ведьма. Но, чтоб ты знал, – с ней спать нельзя, потому что…

– Я пока не собираюсь. А где мне ее найти?

– Таня Розе. И с ней парень по имени Терс. Просто имя, ничего кроме. У них мистическая связь.

– Я спрашиваю – где мне ее найти?

– Не знаю. Ее Анни приглашала, а где сейчас сама Анни – не имею представления.

Вечером сам у нее спросишь. Придешь?

– Опять будет нечто?

– Нет, будет тихо. Приходи, а? Что-то скучновато жить, понимаешь…

Жить ей скучновато… ах, елки… Я бросил трубку на рычаг, не попал – и еле успел остановить свою занесенную руку: хотел вмазать по аппарату. Стоп, машина.

Начинается отходняк. Надо повторить, иначе будет скверно. Колоться не буду, просто высосу…

Телефон зазвонил – как взорвался. Я схватил трубку. Это был Панин.

– Приехали, – сказал он.

– Ну, с богом… – у меня вдруг перехватило горло.

– Ничего, – сказал он. – Не волнуйся, Пан, все будет в порядке.

В порядке… в порядке… Что же, может быть, и будет все когда-нибудь в порядке – но без нас. Без нас.

– И какая же здесь глубина? – капитан смотрел вверх. Туда уходил вертикальный колодец с непривычным шестиугольным срубом. Луч сильного фонаря терялся, не достигая края.

– Кто ж его мерял? – Выдра пожал плечами. – Маю, метров боле полета, но не сто.

– А колодец куда ведет?

– Камора там глухая, а для чего – не знаю, нет. Что-то тут все время рыли, землю вынали, железо вколачивали…

Последние две сотни метров мы продирались мимо завала из множества вагонеток.

Похоже было на то, что их сюда специально стаскивали и переворачивали. И вот теперь рельсы кончились барьером из толстенных брусьев, штольня расширилась раза в два, крепеж стал чаще и как-то солиднее, на потолке лежал толстый слой сажи – будто здесь что-то долго и дымно горело.

– Надо торопиться, – сказал капитан. – Ребята! Смотреть под ноги, искать свежую землю. Вперед, шагом…

– Да вот же она, свежая, – сказал Порогов, наклоняясь.

Он распрямился. На ладони его была рыжая глина.

И все согласно подняли головы.

Я молча взялся за пэзээр. Он мог стрелять не только термитными шнурами, но и кошкой с прочным тросиком – чтобы зацеплять и утаскивать. Или, как в нашем случае, – подтягиваться самому.