Все твои совершенства

– Еще неизвестно, оставит ли тебе отчим наследство, – говорит она. – Ты должна защитить свои активы.

Когда она говорит такие вещи, я понимаю, что брак для нее не более чем сделка, а вовсе не союз любящих сердец. Она постоянно заводит разговор о брачном контракте, словно ей невдомек, что на данный момент у меня нет активов, которые нужно защищать. Кроме того, я знаю, что Грэм женится на мне не из-за денег или имущества, которые я когда-нибудь то ли унаследую, то ли не унаследую от отчима. Грэм женился бы на мне, даже будь я по уши в долгах.

Я чувствую, что мне тошно от самой идеи пышной свадьбы. Я бы выместила свое возмущение на Грэме, но тогда мне пришлось бы рассказать ему, почему мама меня так бесит.

Меньше всего на свете мне хочется докладывать Грэму, какие гадости говорит о нем мама за глаза.

Я смотрю на телефон: еще одно мамино сообщение.

«Тебе следует отказаться от шведского стола, Квинн. Эвелин Брэдбери наняла на свадьбу частного шеф-повара, что намного шикарнее».

Я закатываю глаза и кладу телефон экраном вниз, чтобы и дальше не приходилось выдерживать шквал ее сообщений.

Я слышу, как хлопает входная дверь, и хватаю щетку для волос. Пусть думают, что я просто причесываюсь, а не хандрю в ванной. Входит Грэм, и от одного его вида я мгновенно успокаиваюсь. Злость сразу проходит и сменяется улыбкой. Грэм обнимает меня сзади и целует в шею.

Он улыбается мне в зеркале.

– Привет, красавчик.

Он разворачивает меня и целует еще крепче.

– Отлично. А у тебя?

Я толкаю его в грудь, потому что он слишком пристально смотрит на меня, и я могу случайно выдать свои истинные эмоции, и тогда он спросит меня, что не так, и мне придется сказать ему, как сильно меня напрягает эта свадьба.

Я поворачиваюсь лицом к зеркалу, надеясь, что он пойдет в гостиную, или на кухню, или куда-нибудь еще, где не сможет смотреть на меня так, как сейчас.

Как же хорошо он меня знает. Иногда это меня раздражает.

– Почему ты не можешь, как большинство мужчин, игнорировать эмоциональное состояние женщины?

Он улыбается и притягивает меня к себе.

– Если бы я игнорировал твое эмоциональное состояние, я был бы просто влюбленным мужчиной. А я нечто большее. Мы с тобой родственные души, и я замечаю все, что ты чувствуешь. – Он прижимается губами к моему лбу. – Почему ты такая грустная, Квинн?

Я раздраженно вздыхаю.

– Из-за мамы. – Он отпускает меня, я иду в спальню и сажусь на кровать. Потом ложусь на спину и смотрю в потолок.