Все твои совершенства

Если человек считает себя красивым, в это в конце концов начинают верить и все остальные.

Привлекательность Грэма более естественна. У него нет никаких эффектных черт, которые выделялись бы сами по себе. Волосы каштановые, самого обычного оттенка. Глаза темные, но не кажутся черными или бездонными. Обычные карие глаза, может быть, из-за цвета они кажутся более грустными, чем если бы были голубыми или зелеными. Губы гладкие и полные, но ничего выдающегося, не будь они сейчас передо мной, я бы вряд ли их вспомнила.

И не так уж высок, чтобы на его рост можно было бы обратить внимание.

Футов шесть, наверное.

Его привлекательность – это сочетание всего вместе. Вроде бы непримечательные черты, соединившись в единое целое, почему-то вызывают у меня томление в груди. Мне нравится, что он смотрит на мир спокойными глазами, притом что его жизнь в полном беспорядке. Мне страшно нравится его кривая улыбка – только половиной рта. Когда он говорит, он время от времени замолкает и проводит большим пальцем по нижней губе.

Это сексуально, причем без всяких стараний с его стороны. По-моему, я никогда не чувствовала такой физической тяги к кому-то, кого я так мало знаю.

Грэм смотрит на дверь, и мне кажется, что он передумал. Я чем-то его оттолкнула? Или он все еще думает о Саше? Он выглядит так, словно собирается на этом закончить. Он отталкивается от стола, а я остаюсь сидеть, ожидая, что он объяснит мне все причины, по которым ему не нравится эта идея.

Он перемещается таким образом, что оказывается прямо передо мной.

Словно не зная, куда деть руки, прежде чем попрощаться со мной, он просто засовывает их в карманы джинсов. Его взгляд падает на мою шею, потом возвращается к лицу. В первый раз глаза кажутся самой выразительной чертой его внешности.

Я шокирована его прямотой.

Я пытаюсь скрыть, что меня раздирает внутренний конфликт: больше всего на свете мне хочется отомстить Итану, трахнувшись с горячим парнем его любовницы. Но я знаю, что и Грэм здесь именно поэтому, и совсем не уверена, хочется ли мне самой стать объектом секса в отместку.

Но сейчас это лучше, чем остаться одной.

Я соскальзываю со стола и встаю. Грэм не отступает, так что, прежде чем я прохожу мимо него, наши тела на мгновение соприкасаются. Я чувствую это всем своим существом, но в особенности легкими.

Я все еще нервничаю, но уже не так сильно, как в миг, когда вставляла ключ в замок входной двери. Голос Грэма успокаивает меня. Все его присутствие успокаивает.