Все твои совершенства

Зачем Кэролайн заговорила об этом? Почему он отвечает ей с такой прямотой, а мне никогда не говорит правды о своих чувствах?

Впервые до меня доходит, каким разочарованием я стала для его семьи. Что говорят ему сестры? А мать? А если для них важнее его дети, а не то, чтобы я оставалась его женой?

Я никогда не думала об их точке зрения. А теперь думаю, и мне это не нравится. Мне стыдно. Как будто не только не даю мужу возможности стать отцом, но и лишаю его семью возможности любить ребенка, которым Грэм вполне бы мог обзавестись, если бы не я.

Я заезжаю на парковку, чтобы собраться с мыслями. Вытираю слезы и велю себе забыть, что вообще слышала этот разговор. Достаю из сумочки телефон и пишу Грэму сообщение:

«Жуткие пробки. Скажи Кэролайн, что я приеду завтра».

Я нажимаю «Отправить» и откидываюсь на спинку сиденья, изо всех сил стараясь выбросить их разговор из головы. Но он проигрывается снова и снова:

«Ты был бы таким хорошим отцом, Грэм.»

«Я знаю. И я в отчаянии, что этого до сих пор не случилось.

Через два часа Грэм возвращается домой от Кэролайн и застает меня у холодильника. Когда я расстроена, я всегда начинаю чистить холодильник, и именно этим я занимаюсь последние полчаса. Он кладет на кухонный стол ключи, портфель, бутылку воды.

Он подходит ко мне, наклоняется, целует в щеку. Я заставляю себя улыбнуться; никогда еще притворная улыбка не давалась мне с таким трудом.

– Как съездил? – спрашиваю я.

– Хорошо. – Он лезет через мою голову в холодильник и достает бутылку минералки.

Он ведет себя совершенно непринужденно, словно сегодня не признался вслух, что в отчаянии от того, что до сих пор не стал отцом.

– Тебе дали его подержать?

– Нет, – отвечает Грэм. – Он все время спал.

Закрываю холодильник, хотя так и не вымыла боковые ящики. Мне нужно выйти из кухни. Я чувствую себя слишком виноватой, когда смотрю на Грэма.

– Я сегодня лягу поздно. Скопилась куча работы, нужно наверстать. Если проголодаешься, ужин в микроволновке.

Я иду в кабинет. Прежде чем закрыть за собой дверь, бросаю взгляд на кухню. Грэм стоит, вцепившись руками в стойку и опустив голову. Он стоит так почти целую минуту, а потом с силой отталкивается от стойки, словно на что-то злится. Или на кого-то. Прежде чем я успеваю закрыть дверь в кабинет, он смотрит в мою сторону. Наши взгляды встречаются. Мы смотрим друг на друга несколько секунд, и мне вдруг впервые кажется, что передо мной совершенно незнакомый человек.