Все твои совершенства

Изобразить ее роковой женщиной, которая его соблазнила. А однажды даже назвал ее шлюхой, после чего я вообще перестала с ним разговаривать.

Грэм качает головой.

– Саша не шлюха. Она не такая плохая девчонка, просто иногда принимает ужасные, эгоистичные решения. – Он перекатывает меня на спину и начинает лениво чертить пальцем круги на моем животе. – Я уверен, они так поступили, потому что думали, что их не поймают.

И как он может так спокойно говорить? Я несколько недель места себе не находила от злости.

Я приняла все произошедшее на свой счет, словно они завели роман, чтобы насолить нам. А если послушать Грэма, они сделали это, вообще не думая о нас.

– Ты еще общаешься с ней?

– Черт возьми, конечно, нет, – говорит он со смехом. – То, что я не считаю ее плохим человеком, не значит, что я хочу иметь с ней дело.

Я улыбаюсь его признанию.

Грэм целует меня в кончик носа и отстраняется.

– Ты рада, что все так случилось? Или тебе его не хватает?

Похоже, он спрашивает об этом не из ревности.

Грэма просто интересует моя жизнь. Поэтому я отвечаю с полной откровенностью.

– Какое-то время не хватало, но, если подумать, у нас действительно не было ничего общего.

Я перекатываюсь на бок и подпираю голову рукой.

– Внешне у нас было много общего. Но здесь, – я касаюсь груди, – это не имело смысла. Мне казалось, что я люблю его, но не думаю, что эта любовь выдержала бы испытание браком.

– Ты говоришь так, будто брак – это ураган пятой категории.

– Не всегда. Но я уверена, что в каждом браке есть моменты пятой категории. И не думаю, что мы с Итаном смогли бы их пережить.

Грэм задумчиво смотрит в потолок.

– Понимаю. Как муж я бы разочаровал Сашу.

– Черт возьми, почему?

– Дело тут больше в ней, чем во мне. – Грэм дотягивается до моей щеки и что-то с нее стирает.

– Тогда это она разочаровала бы тебя как жена, а не ты ее как муж.

Грэм одобрительно улыбается.

– Ты помнишь, что было в твоем печенье с предсказанием?

– Надо же, что вспомнил.

Что-то о недостатках, да еще с ошибкой.

– Там сказано, что, если ты прольешь свет на свои недостатки, все твои совершенности померкнут.

Мне приятно, что он сохранил мое предсказание. А еще приятнее, что он запомнил его наизусть.

– У нас всех полно недостатков. Сотни. Словно крошечные дырочки по всей нашей коже. И, как гласит предсказание, иногда мы проливаем на свои несовершенства слишком много света.