Всё в ажуре

А про рабочих из собственных крестьян… Мариш, я у него про что угодно выпытал, а про это даже не подумал. Мы же не собирались ехать в руины.

- Ну и всё, не мучайся. Во-первых, так действительно правильно. А во-вторых, ты своё решение уже озвучил. Так что, революция – не революция, поздно пить «боржоми». Идём до конца заданным курсом. Кому-то из титулованных не понравится, что крестьян балуем – у нас сам герцог за спиной. Если что, отмажет. Наверное.

- М-да-а… Представляю, каково Крайтону. Тут вон, вроде, масштаб совсем невеликий, какая-то маленькая шапочка маленького Мономаха, а мозг уже дымится.

- Серёг, это всего лишь первый день твоего деятельного баронства. Не паникуй, разберёшься постепенно, со всем справишься. И мы с Лилей поможем, ты же не один. А там, глядишь, втянешься, ещё на графство какое-нибудь замахнёшься. – я широко улыбнулась напарнику. – Кстати, как тебе Олив?

- Маринка-а-а… старик – бомба!

- Так уж прям и бомба?

- Говорю тебе, феномен.

И Сергей пересказал мне ту часть беседы, которую я не слышала.

- Его только по здоровью немного подлатать и нервы после сегодняшних бесед какой-никакой валерьяночкой поправить. Сильно деда от моих размашистых новшеств тряхонуло. А ведь это только начало. – закончил он свой рассказ."

"- Вот и давай дадим ему время хотя бы до утра обвыкнуться с мыслями о грядущих переменах. В таком возрасте они, даже хорошие – всё равно большой стресс. Ничего, раз, говоришь, умом и характером крепкий, разберётся в твоих начинаниях и станет самым лучшим соратником.

Остаток дня до вечера прошёл уже почти спокойно. Первый шок прошёл, сознание как-то потихоньку приняло ситуацию. Отпала нужда искусственно себя бодрить. По большому счёту, всё не так уж плохо. Конечно, не то, что мы ожидали, но и не крах всех надежд.

Крыша над головой, хоть и худая, но имелась. И в наших силах было всё поправить. Эмель и Кло, кроме одежды для себя и старика с Роли, раздобыли где-то постельное бельё – грубое, но новое, докупили нормальных продуктов. Лиля поруководила приготовлением ужина, и он получился на славу. Олив, напоенный лечебными отварами, заснул рано. Наши с сестрой горничные-близняшки всё ещё страдали, но, слава богу, про себя.