Гиацинта стала читать дальше:
– «Мать схватила ее за руку и, печально посмотрев на нее, сказала: «Дорогая Присцилла. В этом мире нет ничего более дорогого, чем любовь». – Гиацинта глянула украдкой на леди Данбери, ожидая, что та начнет фыркать от отвращения. Но графиня была явно восхищена, внимательно слушая каждое слово. – «Но на свете много обманщиков, дорогая Присцилла, и есть мужчины, которые попытаются воспользоваться тобою без единения ваших сердец».
– Это правда, – вздохнула графиня.
Гиацинта подняла глаза от книги, и стало очевидно, что леди Данбери не поняла, что говорила вслух.
Гиацинта не стала смущать ее и вновь обратилась к книге:
– «Присцилла наклонилась и, погладив бледную щеку матери, спросила: «А что это такое, мама?» «Если ты хочешь узнать, любит ли тебя джентльмен, – ответила мать, – есть только один верный способ».
Леди Данбери подалась вперед.
– «Это в его поцелуе, – прошептала мать, – все в его поцелуе».
Гиацинта непроизвольно потрогала свои губы.
– Вот этого я не ожидала, – заметила леди Данбери.
Все в его поцелуе. Неужели это правда?
– Я-то думала, что любовь проявляется в делах и действиях, но полагаю, что для мисс Баттеруорт это прозвучало бы недостаточно романтично.
– И для Безумного барона тоже, – пробормотала Гиацинта.
– Верно! Кто в здравом уме захочет выйти за сумасшедшего?
– Все в его поцелуе, – тихо прошептала Гиацинта.
– Что? Не слышу!
– Ничего, я просто задумалась.
– Осмысливала интеллектуальные догмы мамаши Баттеруорт?
– Нет, конечно.
Будем читать дальше?
– Да, чем скорее мы закончим эту книгу, тем быстрее начнем новую.
– Нам не обязательно кончать эту, – возразила Гиацинта, хотя про себя подумала: «Тогда я возьму ее домой и там дочитаю.
– Не глупи. Мы не можем не закончить эту книгу. Я заплатила хорошие деньги за эту чепуху. И кроме того, я хочу знать, чем все кончится.
Гиацинта улыбнулась:
– Хорошо. Сейчас найду место, где мы остановились.
– Леди Данбери, – услышали они ровный бас дворецкого, – мистер Сент-Клер просит об аудиенции.
– Просит? Обычно мой внук просто вваливается без всякого разрешения.
Дворецкий поднял бровь – единственный признак удивления, какой Гиацинта когда-либо видела на его лице.
– Он попросил аудиенции у мисс Бриджертон.
– У меня? – робко спросила Гиацинта.
У леди Данбери открылся рот от изумления.
– Гиацинта! В моей гостиной?
– Так он сказал, миледи.
– Ну и ну.
– Проводить его сюда?
– Конечно, но я никуда не уйду.
