— Что, неужто он так быстро все тебе рассказал о проклятии?
— Рассказал, — подтвердила я.
— Видать, много за такое выторговал. Больно эти демонюки хитрые, — глянул на меня и внезапно удивленно хмыкнул, поняв по выражению моего лица, что ничего такого Дамьен у меня и не выторговывал. — Ба, да у нас тут если не любовь, то симпатия! Я же говорил Огручику, что не зря демон повадился ночами деревья у меня крушить.
Я покосилась на ехидно улыбавшегося демона и фыркнула. Симпатия у него, как же…
— Если у этого демона и есть какая-то симпатия, то она точно не ко мне, — ответила под насмешливым взглядом лесовика.
— Я пришла к вам за другим. Думаю, вы догадываетесь.
— Сколько сегодня пташек вылупилось аль урунгузиков родилось? — прикинулся дурачком лесовик.
А я дала себе мысленный подзатыльник. Если что-то просишь у нечисти, то просьбу нужно излагать точно и без возможности истолковать ее иначе. Потому сейчас нужно срочно исправлять положение!
— Нет, мне нужно знать условия снятия проклятия, которое черное ведьма когда-то наложила на наш род.
— О как. — Лесовик сложил руку на груди и посмотрел на меня серьезно и задумчиво: — Я знаю, кто тебе может помочь, но не знаю, захочет ли она вообще разговаривать. Вот с ним, — он ткнул пальцем в демона, — точно бы не стала, а с тобой… — Я сделала жалобные-прежалобные глаза. — Может, и поговорит. Ладно, — он махнул рукой, будто решаясь. — Люблю я вас, ведьм, и вы этим пользуетесь. Идите по тропинке и никуда не сворачивайте. А коли свернете, то и проклятием интересоваться будет некому.
— Хлопнул в ладоши и пропал вместе со всеми моими подношениями.
— А где тропинка-то? — опешила я.
— Вот, появилась только что. — Дамьен взял меня за руку и потянул вперед.
Я наконец заметила извивающуюся среди деревьев тропу. Хотела забрать свою руку из его горячей ладони, но демон не выпустил. Он обернулся и очень серьезно посмотрел мне в глаза:
— Эти тропы опасны. Мне будет спокойнее, если буду уверен, что ты точно идешь позади.
Я кивнула, понимая, что он прав.
Слышала я о таких лесных тропах. Они могут вывести куда угодно. И о тех, кто с них сошел, больше никогда и ничего слышно не было. Стало немного жутко. И я бы никогда не призналась, но когда он вот так держал меня за руку, я чувствовала себя гораздо уверенней. А кроме ощущения защищенности я чувствовала что-то еще, о чем очень не хотелось задумываться.
Шагали мы не меньше получаса, и я порадовалась, что оделась потеплее. Почему-то на этой тропе было очень холодно.
