Все вернется

– Да, да, иным… Требуйте все что угодно! Только верните нам мальчика, я умоляю вас! Вы – женщина! Имейте же сердце!

И это говорит она, продавшая Юлькиного грудничка?! Ну и ну! Значит, своя болячка у нее болит, а чужая – только раздражает ее? Беспредельный эгоизм!

Я ничего ей не ответила – выключила телефон."

"Следующий звонок Кешиной тете я сделала только утром. Как она тогда сказала нам с Юлькой, когда мы шли за ней от роддома и пытались все ей объяснить? «Я не могу с вами разговаривать, мне некогда!» И голос ее был холодным и надменным.

Она шагала по тротуару, а мы с Юлькой чуть ли не бежали за ней, на ходу пытаясь втолковать ей, что никакой инфекции у нее нет, и об этом имеется справка, и даже две… Юлька со слезами в голосе спрашивала – как же так получилось, что они в роддоме инфекцию нашли, а поликлиника и «Центр планирования семьи» этого сделать не смогли? «Отстаньте, я уже все давно сказала!» Эти слова Ангелина с раздражением бросила нам через плечо. И все наши попытки объяснить, что они в роддоме поставили неправильный диагноз, закончились неудачей.

– Если вас что-то не устраивает, подавайте в суд, там и поговорим! – сказала нам она.

Мы опять что-то попробовали ей объяснить, но тут уже она пригрозила нам судом, если мы от нее не отстанем.

Все это всплыло в моей памяти так отчетливо, словно все произошло только вчера. Шли уже вторые сутки, как похищенный мною ребенок не появлялся дома. Я включила телефон и позвонила Жудиной.

– Ангелина Романовна?

На том конце провода слышалась какая-то возня, шум, голоса, неразборчиво спорившие о чем-то… Вдруг в телефоне раздался незнакомый мне голос:

– Ты, тварь паскудная! Где мой ребенок?! Слышишь?! Я тебя…

Я выключила телефон.

Похоже, это мать ребенка боролась с сестрой и, отняв, наконец, у нее аппарат, попыталась сказать мне, что она обо мне думает. Нет, девочки, извините, я в таком тоне говорить с собой вам не позволю! Сегодня я банкую, как говорит мой дед, я сама решаю, беседовать мне с вами или нет.

Я представляла, что сейчас творится с двумя сестрами.

Одна – Ангелина – кричит на сестру, ругается за то, что та нагрубила похитителям, потому что теперь они могут не увидеть их дорогого мальчика. Вторая рвется в милицию, Ангелина ее удерживает…

Я села в машину и поехала в город. В Детском мире я купила куклу – большого пупса. Сев в машину, я выкрутила его вставляющиеся руки, саму игрушку положила в пакет и выбросила его в ближайший мусорный бак, попавшийся мне на улице.