Всегда лишь ты

Будто он всё ещё любит ту свою девочку из прошлого…

Здание международного аэропорта LAX переполнено людьми. Туристы, гости, местные жители. Они повсюду. Тащат свои огромные чемоданы, о чём-то переговариваются и громко спорят, покупают сувениры на память и опустошают автоматы.

Я растерянно смотрю на информационное табло. Сквозь пелену слёз, застилающую глаза, ищу номер своего рейса. Регистрация уже заканчивается.

Подхожу к стойке одной из последних и отдаю девушке свой паспорт.

– С вами всё в порядке? – глядя на меня с беспокойством, интересуется она.

– Точно? – переспрашивает с сомнением в голосе.

– Боялась… опоздать, – лгу, выдавив из себя подобие кривой улыбки.

– Вы успеваете, не стоит волноваться! Посадка только начинается. Вам туда, дважды направо, – подсказывает услужливо.

Киваю, забираю посадочный талон и паспорт. Иду туда, куда сказали. Встаю в очередь. Бросаю сумку на ленту, прохожу через рамку и выхожу в зал ожидания.

Девчонок замечаю почти сразу, но прежде, чем подойти к ним, отправляюсь в туалет.

Ополаскиваю лицо холодной водой и пытаюсь взять себя в руки. Отражение в зеркале не радует. Глаза больше не светятся счастьем. В них читается лишь горькое разочарование.

Закрываю кран. Поправляю волосы и, выдохнув, возвращаюсь назад в зал.

– Онил, где тебя черти носили! – вместо приветствия нападает на меня Бернс. – Что с твоим грёбаным телефоном?

Это правда. Уронила его на плитку. Вот он и разбился.

– Что значит не работает??? Ты всегда должна быть на связи, Онил!

– Эй, не кричите на неё! – вмешивается Кейт.

– Я же говорила, что Роуз успеет на самолёт. Расслабьтесь. Ни к чему так нервничать. Вам итак тяжело даются перелёты. Возраст!

Молча забираю свой рюкзак у Лу.

– Совсем от рук отбились! – возмущается тренер.

– Мужчина, проходите уже, – торопит его кто-то из пассажиров.

– Онил, всё нормально? – шепчет Кейт, склонившись к моему уху.

– Мы думали, что ты не придёшь, – делится своими предположениями Вики. – Бернс всю дорогу вопил как придурочный.

Молча иду вперёд. Девчонки что-то щебечут, но я ничего не слышу. Уже сидя в самолёте, достаю наушники от айпода и отворачиваюсь к окну, не желая ни с кем разговаривать. Обессиленно прижимаюсь лбом к иллюминатору и закрываю глаза.

Сама виновата. Сама…

Повторяю эту фразу как мантру, но легче мне не становится. Кожа до сих пор горит от его поцелуев. Тело ломит, между ног саднит, напоминая о том, как горячо мы любили друг друга всю ночь.