Всегда лишь ты

Откидываю голову назад. Стискиваю челюсти, шмыгаю носом и закрываю глаза, ощущая влагу на ресницах.

Снова и снова вспоминаю вчерашний вечер. Её глаза. Истерику. Ногти, впившиеся в кожу. Мою грубость. Унизительные слова. Тон, сочащийся ядом. И этот её взгляд: ошарашенный, растерянный, потрясённый. Разочарованный…

Роняю лицо в колени и, задыхаясь, скулю. От безысходности, не дающей покоя. От отчаяния, острыми лезвиями режущими грудную клетку.

Ощущаю мягкое, настойчивое прикосновение.

Настырный котяра. Трётся о мою руку, лезет ко мне на живот.

– Чего ты хочешь, Остин?… Или как там тебя…

Чешу шерстяного за ухом, и он начинает бесперебойно тарахтеть.

– Всё, отстань, – особо не церемонясь, сталкиваю его вниз.

Валится с таким жутким грохотом, что я начинаю за него переживать.

Ещё не хватало сделать инвалидом её кота.

– Ты цел, бро? – наклоняюсь к усатому и предельно внимательно осматриваю его на предмет повреждений.

Сидит себе на ковре, нервно хвостом покручивает.

– Ну какой же ты противный, и как она тебя только терпит? – хохотнув, на прощанье провожу ладонью по квадратной морде лупатого.

Встаю, закрываю окно. Подхожу к доске с фотками и рассматриваю тех, кто на них запечатлён.

Изучаю полку со всякой мелочёвкой.

Тяну время естественно. Так не хочется уходить... Но я ведь не вернусь сюда, точно.

Несколько долгих секунд смотрю на снимок женщины. У неё и здесь настолько суровое выражение лица… Будто мне и предназначается. Словно она, даже будучи на небесах, остаётся верна себе.

Медленно расхаживаю по комнате, и мой взгляд вновь останавливается на медведе.

– Так и быть, охраняй девчонку дальше, – щёлкаю игрушку по носу, и пальцы спускаются ниже.

Совершенно случайно замечаю знакомую вещицу на его типа шее. Та самая подвеска на цепочке, девочка-гимнастка. Мой подарок.

– Давай меняться, – снимаю с себя крест и вешаю его на медведя.

Зачем я это делаю? Не знаю. Странный порыв.

Просто хочу забрать что-то себе.

Ещё раз осматриваю комнату, выхожу в коридор, спускаюсь по лестнице на первый этаж и направляюсь к двери. Уже поздно и мне действительно пора сваливать.

– Миииуу… – лупатый лезет ко мне и мешает надеть кроссовки.

– До чего приставучий! В чём дело, зверь? – отодвигаю его в сторону.

Пытаюсь справиться со шнурками, но чёртов Осман мне снова мешает.