Всегда лишь ты

Могу сказать со всей уверенностью, Дженнифер Смит желает заполучить тебя на веки вечные.

Несколько дней спустя я коротаю вечер в прекрасной компании моей бабули.

– Ба, прошу, переезжай к нам насовсем, – целую тыльную сторону её тёплой ладони.

– Ну как же я оставлю свой участок без надзора! – мягко противится Лоретта.

– Лично меня больше беспокоит тот факт, что ТЫ в Сан-Бернардино без надзора.

– О, не стоит волноваться, милая, – пододвигает ко мне блюдо с любимым малиновым пирогом. – Я вполне справляюсь. Тебе не о чем беспокоиться.

Недоверчиво качаю головой. Моя Лоретта так сильно состарилась за эти годы... Больно и горько осознавать это, однако нужно смотреть правде в глаза. Смерть дочери очень серьёзно подкосила и без того слабое здоровье.

– Мама непременно отругала бы нас за обжорство, – сквозь слёзы смотрю на аппетитный кусок пирога, красующийся на тарелке. – Подсчитала бы калории и выдала целую лекцию на эту тему.

– Роуз, дорогая, иди ко мне…

Она присаживается со мной рядышком, и я ложусь, укладывая голову на её колени.

– Я так скучаю по ней, ба…

– И я скучаю, – тихо произносит она.

– Жаль, что мы столько времени потратили впустую. На скандалы, обиды, взаимные упрёки и ссоры.

– Ах детка, если бы знать, что ждёт впереди…

Лоретта ласково гладит меня по волосам, и я закрываю глаза, воскрешая в памяти тот наш последний вечер.

– Незадолго до того, как она умерла, у нас состоялся разговор. О Лерое-старшем.

Её пальцы замирают, и она заметно напрягается. Я прямо-таки чувствую это.

– Ты ведь знала, что мама была влюблена в отца Картера, но никогда не говорила мне об этом. Почему?

Лоретта тяжело вздыхает и снова принимается перебирать пряди моих волос.

– Элис была против...

– Мне она сказала, что отец Лероя плохо поступил с ней. Что это значит, ба?

– Роуз… ворошить больное прошлое покойного – дурное дело.

– Но я хочу знать! – принимаю сидячее положение и внимательно смотрю на неё.

– Если Элис сама тебе не сказала, то и я не стану, прости, – виновато хмурится.

Расстроенно вздыхаю. Терпеть не могу семейные тайны. Вечно от них одни неприятности.

– Ты говорила, что тебе нужен мой совет, – напоминает она.

Встаю и подхожу к окну. Отсюда отлично видно дом соседей.

– Ба, скажи, насколько глупо я буду выглядеть, если позвоню Эмбер и попрошу отменить последующие бои Картера.

Оскар издаёт короткое «миу» и запрыгивает к ней на колени.

– Картеру не раз приходили угрозы. Кто-то очень хочет, чтобы он проиграл.