Всегда Ты

 — спрашивает он, осматривая пустой тоннель.

— Видела… — мрачно сообщаю я, мотнув головой в сторону холла.

Егор склоняет голову на бок и всматривается в моё лицо.

— А ты чего тут? — спрашивает он и добавляет, расплываясь в лыбе. — Меня ждёшь?

— Конечно, — фыркаю я. — Все глаза проглядела.

В этот момент в коридоре появляется Благов-старший в компании какого-то мужчины в костюме и с пропуском на красной ленточке вместо галстука. Вернее, не какого-то мужчины. Это главный тренер команды. Я видела его фотку, когда изучала в метро состав игроков и тренеров.

Чтобы не смотреть на Пашу, смотрю на Благова-младшего. Его лицо вдруг становится таким серьёзным, какого я у него никогда не видела. Серьёзным и хмурым.

Когда они ровняются с нами, грек протягивает Паше руку со словами, искорёженными жутчайшим акцентом:

— Очень рад познакомиться и ещё раз поздравляю!

С чем?

— Взаимно, Пантелис, — кивает Благов, пожимая предложенную ладонь.

Пантелис! Я же говорила!

Хлопнув Егора по плечу, мужчина уходит, а на нашу маленькую компанию как-будто набегает чёрная туча.

— Я же просил!.. — взрывается вдруг Егор, заставая меня врасплох.

Ого. Что за кошка между ними пробежала?

— Я тебя услышал, — отзывается Паша и обращается ко мне. — Дозрела?

Вообще-то, нет.

— Занимайся своими делами, а в мои НЕ ЛЕЗЬ! — рычит Егор, ткнув в Пашу пальцем.

Тот осматривает его и спокойно велит:

"

"— Отдай ей свою толстовку.

— Зачем?.. — спрашиваю я, встрепенувшись, но на меня никто не обращает внимания.

Егор без лишних раздумий стягивает толстовку и вручает мне, угрожая брату:

— Если будешь лезть, перейду в Химки!

Наблюдаю за этой битвой титанов, прижав к себе красный балахон.

— Вечером поговорим, — отрезает Паша, и грубо велит, махнув в мою сторону подбородком. — Одевайся.

Опять?!

— Я поеду на такси, — говорю холодно, приняв наконец-то решение.

— КАТЁНОК, — рявкает Благов, подхватывая с пола мои вещи. — Одевай, блин, толстовку.

Дёргаюсь и роняю её вместо этого. Мне кажется, на меня в течение одного дня в жизни столько не орали, при всём том, что я ничего для этого НЕ СДЕЛАЛА! Каждый раз, когда он на меня рявкает, у меня сердце подпрыгивает.

— Отдай мои вещи, — хрипловато говорю ему, протягивая руку. — И больше никогда со мной не разговаривай!

— Я могу её отвезти, я на машине… — встревает Егор.