Всегда война Часть 10 (СИ)

— Сэр Герберт, это мы все знаем и знаем, что пришельцы все же нарушили свое слово и вмешались в войну на стороне России, уничтожив в Константинополе германский линкор «Геббен» и разгромив в Польше несколько свежих дивизий Лендвера под командование самого Гинденбурга, а его, вроде как, и пленили, даже.

Но я только получил доклад о попытке Великого Князя Николая Николаевича Романова устроить переворот силами верных частей гарнизона Санкт-Петербурга, о гибели русской императрицы якобы от рук британских офицеров, и о том, что нашим дипломатам приписывают весьма неблаговидную роль во всем происходящем.

После общения с русским послом, до меня довели следующее: царь Николай не хочет с нами больше разговаривать и настроен на то, чтобы чуть ли не объявить войну, помирившись с германским кайзером.

Вы понимаете, что ситуация, учитывая положение на фронте, непростая, и потерять такого мощного союзника, с огромной армией, как Россию, будет очень серьезным ударом для Британии. Поэтому и хотел услышать и подробности, и объяснения, так сказать, в тесной компании людей, имеющих высокий вес в нашем обществе.

И, как я понимаю, все совсем не так, как оно отражено в докладе вашего секретариата, не правда ли сэр Герберт? — с явно выраженным раздражением в голосе спросил монарх.

— Ваше Величество! Все намного серьезнее.

Весь налет веселости слетел с лица короля Георга.

— В чем именно это выражается? Только давайте сэр Герберт без словоблудия, мы не в парламенте и тут никого очаровывать не надо, сейчас не та ситуация.

— Ваше Величество, по нашим сведениям, после пленения генерала Гинденбурга, он был доставлен в Санкт-Петербург, где имел долгий и приватный разговор с царем Николаем. И на следующий день он как черт из табакерки появляется перед кайзером Вильгельмом в Берлине с какой-то папочкой, после прочтения которой уже германский император, срочно проведя совещание с правящим кабинетом тайно выезжает в русскую столицу.

— Это верные данные?

— На данный момент — да. Все проверено из нескольких источников.

— Тем событиям, что произошли в Санкт-Петербурге, предшествовало то, что после прочтения некой папки, кайзер с Гинденбургом и представителями германского правительства в срочном порядке, беспрепятственно преодолев линию фронта, что говорит о предварительном сговоре, гостили несколько дней у вдовствующей императрицы Марии Федоровны, где в условиях строгой секретности он с царем обсуждал условия перемирия и выход России из войны.