Всегда война Часть 10 (СИ)

Еще раз повторю, что все пошло не так как рассчитывали, когда крысы решили показать всю степень своей лояльности к англичанам, передав им ноутбук и вариант с введением боевых вирусов в вентиляционную систему бункеров потомком это чисто их идея. Это они решили подыграть нашим противникам, не мы предали.

— Хорошо. Звучит вполне неплохо, продуманно и перспективно. А теперь подумай, зачем Оргулов запросил экстренный сбор заседания ГКО и после всего попросил тебя не наказывать? Ну, Лаврентий, включи голову.

Берия на несколько мгновений замер и тут же медленно начал выдавать всю цепочку размышлений.

— Про выступление японцев на стороне Антанты он узнал либо сейчас, либо перед самым заседанием ГКО, после того как вернулся из мира 1914-го года. Про возможность заражения бункеров боевыми вирусами понял еще в дороге, поэтому и остановились, на ходу собирали и анализировали информацию. Тут же сделал вывод и запросил собрать экстренное заседание для выработки противодействия.

— Еще раз повторюсь — плохой ты актер, Лаврентий.

А вот мне стало понятно. Страннику нужно было увидеть нашу с тобой реакцию на эту информацию, которую именно Оргулов озвучил, и, тем более, не зря он с собой приволок этого своего головореза, Дегтярева. Ты понял, Лаврентий, он нас с тобой проверял. По-видимому, когда они собирали информацию по случаям болезни пришельцев из будущего, всплыло что и твои люди целенаправленно интересовались этой темой. И как думаешь, какие он и его дружок-морпех дальше сделали выводы?

Берия опустил голову.

— Что я в курсе всего, но молчу, значит имею особый интерес. А твоя, Коба, реакция на заседании ГКО показала, что и ты в курсе.

Сталин нехорошо улыбнулся.

— Вот, Лаврентий, можешь, когда хочешь. Я тоже плохо сыграл, и Странник все понял. Поэтому и попросил, тебя поганца не наказывать, давая понять, что он в курсе всего, делает выводы и тут же выдает план-проект стратегической операции мирового уровня, вполне выполнимой, которая по идее должна поменять полностью весь политический расклад в мире.

При этом он четко намекнул, что это могут сделать все и без нас. Теперь понял, что ты сделал и в каком свете перед Оргуловым выставил меня?

— Так что делать…если на до я готов по всей совести…

— Лаврентий прекрати, не на митинге. Я, думаю, Странник и без нас начнет сейчас что-то делать, чтоб исправить ситуацию. Но нам он уже не доверяет.

Подняв трубку черного телефона и дождавшись ответа, Сталин обратился к секретарю.