Всегда война Часть 9 (СИ)

— А настоящее оружие они показали в Константинополе?

— Да, именно так — настоящую мощь, они показали в Константинополе и это был всего лишь ОДИН фронтовой бомбардировщик, который может преодолеть любую систему противовоздушной обороны и сбросить с недостижимой высоты высокоточную самонаводящуюся бомбу огромной мощности на любую цель. Это был намек нам и султану.

Кайзер, в раздражении скривился, но сдержал себя и ненадолго задумался и, по прошествии минуты, опять спросил.

— Что было дальше? Что они хотят? — хотя в голосе его явственно слышались паника и недоумение.

— Меня и остальных генералов посадили в кузов большого грузовика и куда-то везли, причем недолго, но через два часа мы все уже были в Санкт-Петербурге, где имели честь общаться не только с генералом Оргуловым, но и с его Императорским Величеством Николаем II. Сразу скажу, относились к нам, соответственно нашего статуса, не унижали.

— Хорошо. По вам видно, что с вами хорошо обращались.

Вы беседовали с генералом Оргуловым и моим кузеном Николаем. Ведь не просто так они вас выкрали, придумав столь хитроумный план. Что же они хотят?

Гинденбург спокойно посмотрел в глаза паникующего кайзера, понимая, что тот ему никогда не простит, что генерал стал свидетелем минуты его душевной слабости.

— Вот тут все просто и одновременно сложно. Они хотят выйти из войны, вернуться к первоначальным границам, настаивают, чтоб прекратили уничтожать сербов, и чтоб французами и британцами мы занимались сами.

Ну и конечно русские потребуют какие-то там денежные компенсации, которые будут обсуждаться дополнительно, но именно русские, новороссам на нас откровенно плевать. Они все прекрасно в курсе сколько мы заплатили султану, чтоб он вступил в войну. Поэтому царь Николай и его новый министр иностранных дел считают, что лучше платить им, за то, что они готовы и в состоянии выполнить, чем платить, тем же османам за то, что они не смогут выполнить никогда, хотя деньги возьмут и разворуют.

Кайзер тут же задал резонный вопрос, на который у Гинденбурга был ответ.

— Мы это могли обсудить и договориться с кузеном Никки без вмешательства новороссов, только его мама, вдовствующая императрица ну уж очень отрицательно настроена по отношению к нам, немцам.

— Я их спросил об этом, и они прекрасно знали, что такой вопрос будет задан и были готовы.