Всегда война Часть 9 (СИ)

Ну и приближение к себе ярых монархистов не осталось незамеченным. В общем, Сережа, вы засветились конкретно, и это я сделал вывод, просто читая газеты. А теперь представь, что будут думать люди, которые контролируют финансовые потоки и реально принимают решение и не в России, а подальше. Те же староверы уже не скрывают негативного отношения к нам. Раз в прессу все это просочилось, значит, они все поняли, проанализировали и запустили маховик противодействия. Пока все идет на пассивном уровне, но сам же понимаешь, это только начало, пока они не определились с нашими красными линиями.

Пока тактика жестких зачисток мелких исполнителей заставляет их не сильно борзеть, они сами не знают насколько у нас длинные руки. Тут все правильно продумано. Но, как мне кажется, «женсовет» совсем берега потерял. Они лезут во все дыры, как могут пытаются тасовать генералитет и финансистов, лезут в хлебные вопросы, где все давно поделено и еврейское лобби такие штучки никому не простит.

— Думаешь, их начнут зачищать?

— Тут и думать нечего.

Пока финансовые потери небольшие, я думаю, они подкатят и попытаются договориться. Не получится, вот тогда начнет литься кровь. Сам понимаешь, такое никто терпеть не будет. А ты прикинь вариант — Марию Федоровну с Ольгой и Алисой грохнут, на нас все это повесят. Отправят бойцов для ареста, естественно мы всех положим, ну а дальше обложат войсками. К Николаю обговорить все просто не подпустят, обставив его персонами влияния, которых и так навалом. И все. Останется сваливать и работать дальше на нелегальном положении через третьи руки.

— Да говорил с ним я и не раз, и так, и под коньячек. Ну что он может сделать? Он не политик, а чистый боевик с уклоном в армейскую специфику. Ну, усилил охрану доверенными казачками и что? До «женсовета» вроде донесли мое мнение, но они только тебя воспринимают, как оказалось.

— Вот поэтому и приехал. Мария Федоровна, в Аничковом дворце?

— Да, устроила там что-то вроде штаба, вроде как даже намекнула, что готова дворец предоставить в качестве основной резиденции Новоросского Экспедиционного Корпуса.

— Понятно, значит, вовремя я появился, тут я смотрю, подвижки тоже начались интересные.

Черненко усмехнулся и с показным сочувствием в голосе проговорил, показываю свою осведомленность и житейскую мудрость:

— Что, генерал, товарищ Сталин нагибает?

Я невесело усмехнулся и глубоко вздохнул:

— Не то слово. Там, в 42-м, вообще жестяк творится, разруливать придется по серьезному варианту.