Как он мог?!
– Я не знаю, – сказала Маруся.
– То-то и оно.
Возле калитки стояла пыльная машина, похожая на автомобиль режиссёра Грекова, но побольше и поновее, а калитка была затейливая, в чугунных розах и завитушках. И никакого звонка.
Гриша потянул калитку и зашёл на участок. Маруся за ним.
– Маргарита Николаевна! – крикнул Гриша и прислушался. – Можно к вам?!
– Интересно, это она на такой машине ездит? – тихонько спросила Маруся. – Сама?..
– Сейчас узнаем. Маргарита Николаевна!..
На высоком крылечке ухоженного дома неслышно появилась женщина в сарафане и босиком.
Она немного постояла, молча разглядывая их, а потом спросила резко:
– Вы кто? Что вам нужно?
– Здравствуйте, – сказал Гриша, останавливаясь. – Нам бы с вами поговорить.
– Мне не о чем с вами говорить. Я вас не знаю. Если вы журналисты и по поводу моего мужа – уходите. Юру вчера похоронили.
– Зато нас знает профессор Астров, – ни с того ни с сего заявил Гриша. – И мы не журналисты! Вы можете уточнить у него, кто мы такие.
Маргарита ещё постояла, а потом подобрала подол сарафана и сбежала с крыльца. Она была молода, гораздо моложе, чем Маруся представляла себе супругу бородатого Басалаева.
– Вы ученик профессора Астрова?
– Не совсем. Но я помогал ему чинить насос.
Она улыбнулась:
– Тогда, выходит, вы слесарь?
Гриша улыбнулся в ответ и помотал головой: нет, не слесарь.
– Пойдёмте вон там посидим, под яблонями. В доме душно.
Гриша посмотрел в ту сторону.
Там был небольшой яблоневый садик, отделённый от лужайки цветами, которые стояли и висели в причудливых кованых подставках. Как видно, эта самая супруга занималась цветоводством. Посреди всей этой немного английской красоты и впрямь под яблонями был вкопан большой дощатый стол. Вокруг вольно располагались плетёные кресла, и в некотором отдалении висел полосатый гамак, натянутый между двумя соснами, а за ним теснились вишни. Похоже, там начинался вишнёвый сад, классический.
Райское место, одним словом!..
– У меня есть небольшой самовар, – говорила между тем Маргарита. – Если вы умеете ставить самовар, у нас будет самый настоящий чай. Если не умеете, я вскипячу чайник.
– Я умею ставить самовар, – сказал Гриша и зачем-то покачал раскидистый цветок на длинном верёвочном подвесе. – Хорошо тут у вас.
– Мне тоже нравится.
Маруся помалкивала.
Она всегда немного терялась в присутствии красивых и взрослых женщин.
