И не из-за стыда, просто, во-первых, оно все только между мной и Лори, а во-вторых — некоторые из посетителей уже довольно старые, и я их могу такими откровениями буквально убить на месте.
Знаю, Лори тогда наговорил много всякого про то, что он на самом деле мне не парень, но я как рассуждаю: секс у нас несколько раз был? Был. О глубоком поговорили? Поговорили. Я ему с какого-то перепугу нравлюсь, а кроме того, я его накормил, остался на ночь и получил приглашение приходить еще. А если по всем статьям выходит парень, значит, парень, так? Что и требовалось доказать.
И потом, он же никогда не узнает, как я его описываю кучке Ист-Эндцев.
Самое лучшее время — это после обеда, когда Джо уже не стоит у меня над душой и не ноет, что я никуда не гожусь, в кафешке тихо, а я делаю выпечку на завтра. Тут у меня всегда есть время помечтать, что, наверное, и объясняет Великий Неморковный Морковный Торт. Но если честно, мне просто очень нравится печь. Не представляете, какое облегчение знать, что у тебя что-то реально получается.
У меня с этим не связано никаких теплых детских воспоминаний. Наверное, меня бы должна была заботливо обучить всем премудростям любящая бабуля, но на самом деле я как-то сам всему научился, и это по-своему тоже хорошие воспоминания. Плюс, есть же Мэри Берри[10], а она вообще лучшая. Ну, то есть, лично я с ней не знаком, конечно, но по телику ее постоянно показывают, так что как будто бы и знаю.
Печь надо что-то простое и всем известное, иначе бунт на корабле. Я однажды попробовал сделать наполеон, и он прямо хорошо получился — в точности как и должен быть — но все, такие, сказали: «Че это за французская херня?». Так что в меню у нас кексы и бисквитный, морковный и кофейный торты. И временами лимонный пирог с безе. Но теперь я себе пообещал, что в следующий раз приготовлю его для Лори. А уж о чем я при этом думаю — у-ее. Грязные, сладкие фантазии, наверняка не соответствующие никаким стандартам гигиены питания.
Знаю, что мне вообще-то надо переманивать Лори на лимонную сторону силы, но блин — вот бы слизать лимонный курд с его кожи, пока он весь дрожит, и ловит ртом воздух, и сопротивляется, и старается не кончить.
Агх. Он дико, охерительно прекрасен. Как мне так свезло?
Если это мой утешительный приз за то, что пустил псу под хвост собственную жизнь, то я офигенски утешен.
