Вся ложь

Мама часто говорила мне, что у таких типов обычно мягкая, хрупкая сердцевина.

Как я могу вспомнить, что говорила мне мама? Я думала, что у меня нет мамы.

Я имею в виду, конечно, меня родила одна из них, но она умерла во время родов. Из того, что я собрала о своей жизни — через Гугл, — мой папа всю свою жизнь был родителем-одиночкой, так что мачеха тоже не может быть.

— О, прости, капитан. — Люси вытирает влагу под глазами. — Я больше не буду этого делать.

— Делать что? — мой голос звучит так же растерянно, как и я себя ощущаю.

— Ты сказала нам не плакать на публике, иначе заставишь нас чистить туалет.

Черт возьми. Я была диктатором.

— Забудь об этом. — я протягиваю ей свой носовой платок, и она берет его, будто это Святой Грааль. — Ты не обязана защищать меня, Люси. Я прекрасно могу постоять за себя.

— Я просто не хотела, чтобы между вами двумя все вышло из-под контроля. Нао может быть действительно мстительной.

— Нао? — я приподнимаю бровь. — Она позволяет тебе так ее называть?

— Уф.

Старые привычки. Мы когда-то были подругами. На самом деле, лучшими подругами.

— Она ненавидит меня после всей этой истории с Себом. Думает, что я знала, но не сказала ей, и что я предала ее. — она приподнимает плечо. — Неважно.

— Мне так жаль, Люси. — я слегка сжимаю ее руку. Она смотрит широко раскрытыми глазами, ее челюсть чуть не ударяется об пол. — Люси? — я машу рукой перед ее лицом.

Черт, думаю, что сломала бедную девочку.

— Э-э... да... извини. Просто... мы учились вместе со средней школы, и это первый раз, когда я слышу, как ты извиняешься.

— Не будь глупой. Все извиняются.

— Только не ты, Рейна. Ты не извиняешься, не предлагаешь мне свой носовой платок и уж точно не остаешься, чтобы убедиться, что с кем-то из нас все в порядке.

Желчь подступает к моему горлу, когда ее слова ударяют меня, как хлыст. Я была фальшивой. Тщеславной. Эгоистичной.

Худшим типом человека, который когда-либо существовал.

Эта мысль причиняет боль больше, чем я хотела бы признать.

Это все равно что сидеть на снежном шаре и наблюдать за собой. Со стороны, глядя внутрь, у меня было идеальное лицо и тело. У меня были хорошие оценки и команда поддержки. У меня было папино состояние и бесконечная поддержка Алекса.

Но если я присмотрюсь повнимательнее, то увижу пойманную в ловушку девушку.

Возможно, Ашер был прав, назвав меня монстром. Это мрачное облако наползает на меня и движется по коже.

— Ты в порядке? — спрашивает Люси.