Вся ложь

Я пытаюсь поднять голову. Боль пронзает мой затылок и переднюю часть головы.

Всхлипы срываются с моих губ, когда я пытаюсь подавить агонию. Я прикусываю нижнюю губу, чтобы не издать ни звука.

Никто не увидит моей слабости, и меньше всего этот незнакомец.

Он пристально смотрит на меня, его лицо бесстрастно, если не считать легкого подергивания верхней губы.

Я встречаю его бесстрастный взгляд и сосредотачиваюсь на легком изгибе его губ. Может, мой мозг и не успевает за этим, но я узнаю этот взгляд.

Это удовольствие, садистское и извращенное.

Ему нравится видеть, как мне больно. Он наблюдает за моими ноющими плечами и дрожащими губами, словно он участвует в соревновании, и они его приз.

Ему нравится моя слабость и моя боль.

Ему нравятся мои страдания.

Голос из моих снов — или кошмаров — шепчет в моей голове. Этот голос так похож на мой.

У кого, черт возьми, я просила помощи раньше? Я не люблю просить о помощи. Возможно, я не знаю своего имени или чертового возраста, но я знаю, что мне не нравится демонстрировать уязвимость таким образом.

Дверь с шипением открывается, обрывая мою связь с мудаком, который назвал меня монстром. Он отпускает мой подбородок и отступает назад, будто не душил меня всего две секунды назад.

Добрая медсестра из прошлого возвращается с тощим чернокожим доктором в очках без оправы.

Этот мудак хватает меня за запястье и садится рядом, держа мою руку в своей. Шок пробегает по мне от того, насколько мягким, но в то же время холодным кажется его прикосновение.

Как прикосновение может быть таким нежным и в то же время таким... холодным?

Как будто меня держит морозильник.

Его внимание падает на доктора, и он улыбается. В этой улыбке есть что-то любопытное. Это не совсем подделка, но улыбка... мертвая. Безжизненная, как и его прикосновение.

— Доктор Андерсон. — он говорит вежливым, спокойным тоном. Это совершенно не похоже на того придурка, что был раньше. — Как моя невеста?

Я смотрю то на него, то на то, как он держит меня за руку.

Девушка может выдержать только столько потрясений одновременно.

— Мисс Эллис. — доктор улыбается своей вежливой, но отстраненной улыбкой. — Как вы себя чувствуете?

Я не знаю, почему это звучит как вопрос.

Клянусь, губы мистера Мудака дергаются. В шутку или из садизма, я не знаю.