Всё начинается со лжи

— Тебе идёт, — со слезами на глазах улыбнулась она на одуванчик в моих волосах. — У неё твои глаза.

— И моя ямочка на подбородке. Она моя, ма, — не сводил я с моей «старушки» глаз. — Не сомневайся.

— Как я могу сомневаться, — развела она руками.

Мама сглотнула подступивший к горлу ком и кивнула.

Я посадил её на стол. И чтобы не орать на весь дом в поисках отца, набрал его номер.

— Ждал, ждал, что ты позвонишь, — без приветствия ответил отец. Я так и видел, как он сидит сейчас за рабочим столом перед монитором, где мелькают цифры и бегут кривые графиков торгов, показывая результаты сделок, чертовски довольный собой.

— Если бы ждал, то знал бы, что я сейчас у тебя на кухне.

— Да? — усмехнулся он. — Я бы удивился, если бы ты не приехал. Ну поднимайся. Выкурим по гавайской, потрещим.

— Не могу. Я не один, — улыбнулся я Машке, о чём-то уже оживлённо болтающей с бабушкой.

— Ну поднимайтесь вместе, чёрт побери, — виду он, конечно, не подал, но удивился.

— Ей категорически противопоказан дым, пап.

Так что давай лучше ты спускайся. И сам всё увидишь, — не дал я ему возразить и отключился.

Его зычный голос раздался из коридора ещё до того, как он повернул.

— А я ведь не сразу сообразил зачем тебе столько денег. Скажи, это то, о чём я думаю? Ты решил…

Он замер на пороге. Сигара, что он зажал в зубах делала его похожим то ли на гангстера, то ли на пирата. А, может, на Бармалея из книжки, что мы с Матрёшкой читали вчера вечером.

— От чёрт! — вытащил он тлеющий цилиндр из зубов.

— Я же сказал, ей категорически противопоказан дым, — недовольно качнул я головой.

Забрал у него сигару. И она зашипела, бесславно потухнув в раковине.

Неуклюже познакомившись, как Медведь с Машей в сказке, он утянул меня в гостиную.

— Это что же выходит? Девчонка твоя?

— Она моя дочь, пап, именно так.

— Женщина, которую я люблю. И на которой, надеюсь, женюсь.

— Так. Стоп, стоп, стоп! — поднял он руки. А потом вытащил у меня из-за уха поникший одуванчик и смяв, швырнул в кадку с цветком.

— Давай без вот этого кабальерства. Моя! Женюсь! Как с ума все посходили. Мать ультиматум поставила, чтобы я чёртову виллу на Антибе продал. Этот откуда-то ребёнка пятилетнего притащил, жениться собрался.

— Ей три. Четыре будет в июне. И не притащил, а привёз познакомить с дедом. Спрашивать у тебя разрешения жениться ли мне и на ком, я, конечно, не собирался. Но буквально вчера ты мне сказал: «Ты женишься, если это твой ребёнок». Та вот, это как раз мой ребёнок.