Всё о Ниро Вульфе. Том 3

Ближе других ко мне сидел высокий светловолосый мужчина в коричневом полосатом костюме — Джеральд Кнапп, глава издательской фирмы «Кнапп и Боуэн». Рядом с ним устроился жилистый петушок с большими ушами и гладкими черными волосами — Рубен Имхоф из издательства «Виктори пресс». Женщина, приблизительно моих лет, к которой стоило бы приглядеться, если бы она беспрестанно не дергала носом, была Эми Винн. Я прочел несколько рецензий на ее роман «Постучи в мою дверь», но самой книжки на полках Вулфа не оказалось.

Высокий седовласый человек с длинным, сухим лицом был Томас Декстер из издательской фирмы «Тайтл хауз». Последним был Мортимер Ошин, человек с толстыми губами и глубоко посаженными темными глазами, автор пьесы «Сорок бочек любви», на представлении которой я имел удовольствие присутствовать вчера вечером. За восемь минут он выкурил три сигареты и бросил на ковер мимо пепельницы, стоявшей рядом с ним, две спички.

Филипп Харвей прокашлялся.

— Вам понадобятся подробности, — начал он, — но сперва я опишу в общих чертах всю ситуацию.

Вы сказали, что ничего не смыслите в проблемах плагиата, но что это такое, вы, конечно, знаете. Как правило, все казусы, связанные с литературной кражей книги или пьесы, разбираются автором и издателем или автором и продюсером, но при ситуации, которая привела нас сюда, обычного разбирательства недостаточно. Именно поэтому Национальная Ассоциация писателей и драматургов и Ассоциация книгоиздателей Америки образовали эту объединенную комиссию. От имени НАПИД должен заявить, что мы высоко ценим сотрудничество с АКА. В делах о плагиате страдающей стороной является автор, а не издатель. При подписании договора на автора налагаются обязательства в возмещении всех убытков издателя, расходов и затрат в случае, если…

— Договор договором, — перебил Рубен Имхоф, — а в действительности пострадавшей стороной зачастую оказывается издатель…

— Пострадавший издатель! — фыркнула Эми Винн, дергая носом.

Вставил свое замечание и Мортимер Ошин, и все четверо принялись говорить одновременно.

Я даже не пытался записывать, что они говорили.

— Прошу тишины! — возвысил голос Вулф. — Продолжайте, мистер Харвей. Если интересы автора и издателя противоречат друг другу, почему же тогда создана объединенная комиссия?

— О, авторы и издатели не всегда конфликтуют между собой, — усмехнулся Харвей. — Интересы раба и рабовладельца зачастую совпадают, как, например, в данном случае.