Всё о Ниро Вульфе. Том 3

Я запекла их в пирог. Там, в пироге, двенадцать ключей.

– В том числе от входной двери и лифта?

Я задумался. Мне уже пришлось ступить на тонкий лед, а если взять у них вещи, которые они забрали у покойника, лед треснет под моими ногами и ничто уже не будет отделять меня от обвинения в утаивании улик. Нет уж, дудки!

– Не режьте пирог, – распорядился я. – И смотрите, чтобы его не разрезал кто-нибудь другой. Вы собираетесь куда-нибудь сегодня? Кто-нибудь из вас?

– Куда нам собираться? – удивилась она.

– Тогда носа из дому не высовывайте. Встретимся у Ниро Вульфа в шесть. Впрочем, мы еще увидимся. Примерно через час, когда я закончу работу и спущусь.

– Вы что-нибудь отсюда заберете?

– Пока не знаю. Если заберу, то сначала покажу вам. В том числе портсигар. Если я захочу взять то, что, по вашему мнению, брать не должен, кликнете копа, который дежурит перед домом.

– Не можем, – возразил Перес.

– Он шутит, – пояснила ему жена и вызвала лифт. – Плохой сегодня день, Сесар.

И впереди у нас еще много плохих дней. А он просто шутит.

Лифт со щелчком остановился. Она нажала другую кнопку, двери открылись, они вошли в кабину и отбыли восвояси.

Я обвел взглядом комнату и заметил у левого края обтянутой красным шелком панели прямоугольную металлическую накладку, медную, если не золотую. Стоило нажать на нее, как она поддалась. Панель была дверью, которая вела в кухню: стены облицованы красной плиткой; буфеты и полки из желтого пластика; раковина, холодильник, электроприборы – все из нержавеющей стали.

Открыв дверцу холодильника, я осмотрел содержимое и снова его закрыл. В буфете обнаружил девять бутылок шампанского «Дом Периньон», уложенных на пластиковом стеллаже. Ладно, кухню пока оставим в покое.

Вернувшись в спальню, я прошел вдоль желтого ковра, окруженный со всех сторон шелком и голой плотью, к другому его концу, к еще одной то ли медной, то ли золотой пластине у края панели. Нажал на нее и увидел ванную комнату.

Не знаю, как кому, а мне она понравилась. Сплошь зеркала и мрамор, красноватый, с желтыми прожилками и разводами. И мраморная ванна на двоих. Косметики в двух шкафчиках с зеркальными дверцами хватило бы на целый гарем.

Я вернулся к шелку и обнаженным телам. Никаких тебе письменных столов, вообще ничего такого, куда можно положить хотя бы лист бумаги. На подставке для телефона только желтый аппарат и телефонная книга в красном кожаном футляре.