Онлайн-библиотека книг
Я подняла глаза на Винго:
— Какой, говоришь, коп тебе об этом поведал?
Сегодня к нам не поступали трупы из Ричмонда, соответственно и полицейские из Ричмонда не приезжали.
— Один из тех копов, что привезли утопленника из Джеймс-Сити.
— Коп из округа Джеймс-Сити? Откуда ему известно, что делается по ночам в Ричмонде?
Во взгляде Винго читалось: «Что ж тут непонятного?»
— Его брат служит в полиции в Ричмонде, — объяснил мой ассистент.
Я отвернулась, чтобы скрыть раздражение. Вот что называется «язык без костей».
Винго продолжал:
— Мне кажется, преступник залег на дно. Решил выждать, пока все успокоятся. — Винго сделал паузу. По столу барабанили струи воды. — Тут одно из двух: либо маньяк затих, либо сегодня ночью он еще кого-то задушил, просто тело пока не обнаружили.
Я молчала, едва сдерживая гнев.
— А вообще-то, кто его разберет? — Голос Винго заглушала вода. — Как-то не верится, что он так скоро взялся за свое. Ведь риск-то какой! Но я слышал одну версию: вроде как такие маньяки, убив несколько человек, становятся безрассудными, будто дразнят, а на самом деле они хотят, чтобы их поймали. Получается, преступник уже и не хочет убивать, а все равно убивает и умоляет, чтобы ему помогли остановиться…
— Винго! — попыталась я прервать его тираду.
Однако он не отреагировал на мою реплику.
— Это как болезнь. Маньяк знает, что болен. Я почти уверен, что он знает. Может, он просит людей защитить его от самого себя…
— Винго! — Я повысила голос и развернулась вместе со стулом. Винго выключил воду, но было поздно. Мои слова в гулкой анатомичке прозвучали шокирующе громко:
— Он не хочет, чтобы его поймали!
Винго от удивления раскрыл рот, лицо его вытянулось — он не ожидал, что я могу быть такой резкой.
— О господи! Простите, доктор Скарпетта, я не хотел вас огорчить. Я…
— Ты меня не огорчил, — отрезала я. — Однако заруби себе на носу: такие выродки не хотят, чтобы их поймали. Преступник — не больной. Он — дерьмо, он — само зло, и он убивает, потому что ему нравится убивать, ты понял?
Винго проскрипел в своих кроссовках к умывальнику, взял губку и принялся, избегая смотреть на меня, оттирать ножки стола.
Зря я на него накричала.
