Руки у него уже дрожали, а поток лыжников, переходящих дорогу, и не думал заканчиваться.
В конце дня на центральной улице, ведущей от подъёмника в город, всегда многолюдно. К ""Зелёной долине"" пришлось подбираться черепашьим ходом. Так много людей с лыжами и сноубордами на дороге. Митко уже успел подумать, что бегом, пожалуй, было бы быстрее.
Стучать в дверь номера Дмитриевых пришлось не слишком долго. На пороге возник Асин отец. Молча строго уставился на парня. Ждал. Митко стоял напротив двери, дышал тяжело.- Добрый день, - выдал наконец.
- Не такой уж добрый, как выяснилось.- Можно мне видеть Асю?- Думаешь, она захочет тебя видеть?- Мне нужно ей объяснить...- Она не открывает дверь. Даже матери.
В коридор выглянула Асина мама.- Дим, кто там?- Здравствуйте, - подал голос Митко, - Как Ася?- Обидел её? - женщина смотрела в упор.- Нет, - Митко тоже взгляд не отвёл.- Что тогда произошло?Ответить Митко не успел. Из-за двери Асиной комнаты раздался кашель. Потом снова. Сильнее. Стало страшно.
Ася узнала эти ощущения.
Когда в горло будто спицу острую вставили. К удушающим слезам добавился кашель. Вдохнуть стало невозможно. Она пыталась откашляться. Не получалось ничего. В детстве в таких случаях спасал ингалятор. Сейчас его под рукой точно не было. Она свернулась калачиком, глотая следы. Спазм приходил снова и снова. Почти без перерывов на вдох.
- Ася! Дима, ингалятор! - металась перед дверью Асина мама.
Митко дёрнул дверь. Заперто. Звуки из комнаты пугали всё больше. Замок в двери, слава богу, без ключа.
Обычная защёлка изнутри. Нескольких секунд хватило, чтобы ключом от машины вскрыть винтовой механизм. И наконец толкнуть дверь.
Ася в куртке и кроссовках корчилась на кровати в новом приступе.- Окно! - только и успел крикнуть Митко, кидаясь к девушке. Поднял её на руки.
Асина мама успела открыть балкон. Митко вынес Асю на воздух, сел прямо на бетонный пол с ней на руках. Прижал к себе.
Отец прибежал с балончиком ингалятора. Асе впрыснули лекарство. Она ещё несколько раз судорожно пыталась схватить порцию воздуха.
Потом задышала свободнее.
Митко казалось, что это его собственные лёгкие наконец заработали. Он бережно прижимал к себе Асю. Такую лёгкую, хрупкую, бледную. И заплаканную. Кончиками пальцев стёр слезы с её щёк. Даже если он сам не виноват, Ася плакала из-за него. И это очень больно.
Асины родители постояли рядом с ними минуту. Митко поднял голову. Кивнул, мол, всё хорошо, я с ней рядом. Их оставили одних.
Приступ отпускал.
