— Слава фармацевтической промышленности! — с этими словами выпил несколько таблеток, которые нужно употребить до еды.
В зеркале — рожа, по ощущениям — меня через мясорубку пропустили, но беру в руки загудевший телефон и открываю сообщение. Лия. Улыбаюсь изо всех сил, так мне хорошо стало.
«Как самочувствие?»
«Было бы прекрасным, если бы ты рядом была»
Пауза, а потом приходит смущенный смайлик. Сердце ликует. Девчонка, такая девчонка.
«Приди, спаси меня!»
Летит из моей головы фраза романтика побитого жизнью, вернее Васькой.
«Спешу на помощь!»
«Я вызвал такси к твоему дому»
В ответ смайлик с сердечками вместо глаз, а я лыблюсь, как идиот, как самый счастливый одноглазый идиот.
Бреду готовить завтрак, очень большой завтрак. Мне не до ужина было вчера и теперь я был голоден, как стая волков.
Яичница, бутерброды с мясом и сыром, кофе, сок, каша, творог. Я все это готовил в надежде накормить и Лию.
Она приехала через полчаса. Открываю дверь и не верю, что она здесь. Молча шагаем навстречу друг другу, целуемся, как сумасшедшие.
Стоим в коридоре, даже не закрыв дверь в квартиру.
Первая, как всегда, приходит в себя Лия.
— Я не завтракала, — шепчет мне в грудь.
— У меня есть завтраки, — тоже почему-то шепчу.
— Он не один? — улыбается девчонка.
— Их много, пошли скорее, — тяну Лию на кухню.
Едим мы с аппетитом, особенно я. Яйца, мясо и сыр исчезли во мне, часть каши и фрукты в Лие, а творог пополам разделили.
Пока едим, мой личный доктор расспрашивает меня о самочувствии, требуя ответа во всех подробностях.
Потом успела осмотреть мои ссадины и ушибы и расспросить о приеме лекарств.
После завтрака переползаем на диван в гостиную.
Самое удивительное, что я не вспоминаю о работе, пока не звонит Лена, моя помощница. Пару вопросов решаем по телефону, а остальное я отдаю на откуп заместителям.
Лия сидела рядом со мной, голову откинула на спинку дивана, глаза закрыла.
Я закончил разговор и наклонился к девушке. Она распахнула глаза — секунда, вторая и мы снова находим губы друг друга.
Это, вероятно, десерт.
Затащив Лию на колени, я явно собираюсь съесть ее на второй завтрак. Зацеловать, заобнимать, впитать ее, как воздух, пустить ее внутри себя по венам вместо крови и никогда не отпускать.
Я уже попробовал жить без нее, оказалось, что я не могу, никак не могу.
Когда это случилось? Когда я стал принадлежать этой маленькой пигалице? Скорее всего, когда открыл глаза в той замшелой больнице и увидел эту невероятную девчонку.
