В одном я вижу мужчину, который стоит ко мне спиной, он явно злиться на меня, кричит мне, чтобы я ушла, угрожает. И это не мой отец, даже не видя лица, я понимаю, что он гораздо моложе его. И вместо того, чтобы уйти, я кладу руку на плечо мужчины и он оборачивается, а я… просыпаюсь!
Я так не увидела, кто мне угрожал. Сон каким-то образом взбудоражил меня, словно его незавершённость зацепила меня, растревожила. Посмотрела на часы — шесть утра, можно и вставать, до будильника оставалось всего ничего.
Со всеми событиями вчерашнего дня я совсем забыла про мои переживания, связанные с пациентом Петровским, а придя утром к больнице, наткнулась на целую процессию у входа в приёмное отделение.
Через широкие двери вывозили каталку с мистером Хамом, по бокам шествовала его мать и отчим. Позади два медбрата толкали каталку. Я замерла у входа, ожидая, когда все выйдут и я быстренько смогу незамеченной забежать на работу.
Напрасно надеялась. Как только я сделала шаг к двери, Петровский меня сразу заметил и впился в меня темным недобрым взглядом.
Я тоже смотрела на него, не в силах отвести глаз до тех пор, пока его не загрузили в очень новую и современную скорую помощь.
В последний момент лицо мужчины исказила неприятная усмешка, словно он понял, что я не могу отвести от него взгляда. А мне показалось, что у меня сердце бьётся в горле, а не в грудной клетке.
Эта сцена у двери неприятно меня поразила, мне стало не по себе от своей реакции на этого человека.
Он полусидел на каталке и при дневном свете выглядел как-то иначе, чем в палате. Было видно, что он слишком бледен, измучен, но не могу не признать, что это не уменьшило его мужественности.
Но мне было сложно осознать, что мой интерес имел не только окраску любопытства. Надо признать, что Петровский рождал мысли об обычном влечении между мужчиной и женщиной. Я даже вслух хихикнула над собой. Мистер может быть и хам, но очень привлекательный, тут и спорить не имеет смысла.
Так я себя и успокоила, нечего глупости выдумывать! Как бы ни был хорош этот Петровский, я его уже никогда не увижу, так что забыть и работать, работать!
Сегодня меня уже не ждало испытание в виде уборки в реанимации, сегодня я спокойно всё сделаю и никто мне гадостей не наговорит. Вот и хорошо.
Дежурная медсестра встретила меня с улыбкой.
— Привет, Лия! Как дела?
— Доброе утро, Катюш. — я улыбаюсь в ответ.
