Вспоминай меня ночью

- Дать ей свободу! Давай, презирай меня за это!

Боковое зрение ловит чей-то алый силуэт, и мы резко оборачиваемся на открытую дверь.

Валери…

Мы с Крохой, оба с горящими на щеках пятнами, в ярости стоим друг напротив друга, словно перед рывком.

- Лекс… - Царевна делает шаг внутрь, и ее взгляд падает на стол с нашими «конфетками»."

"Кисти резко сжимаются в кулачки, мелькая алым маникюром, и губы превращаются в жесткую кровавую линию. – Алиса, выйди, – тон такой, что Элли мгновенно дергается к двери.

- Нет! – тормозит ее Вэл. – Лекс, погуляй-ка ты…

Выдернув из рук Алисы сигареты, вылетаю за дверь.

Глава 47 - Исповедь

В клубе аншлаг… Все правильно. Сегодня жгут молодые и знаменитые. И я - не в последних рядах. Только они идут на сцену, а я - на эшафот. Каждый должен исповедаться перед смертью. И мой концерт – это попытка переписать на чистовик и оставить только самое-самое, а еще, он - моя исповедь. Жаль, что не ей...

Говорят, самоубийство – это слабость. И, если это так, то Элли во всем права!

Во всем, кроме одного.

Да, я - «игрушка», я - наркоман… неуравновешенный придурок… слабак… кто там еще?

Но…

Но это ради нее, все равно.

Скоро мой выход, голова начинает кружиться. Стробоскоп превращает мой внутренний коматоз в сюр, но мне не страшно – я не забуду ни одной строчки. Они впечатаны в меня.

Кто-то толкает в спину, желая удачи, я чувствую руки ребят, которые пытаются поддержать перед выходом, хлопая меня по плечам. Конферансье чего-то там орет со сцены, и зал взрывается гулом и аплодисментами.

Слышу первые тяжелые ноты своего трека…

Открываюсь, выходя под прожектор, и толпа затихает под тяжестью всего, что я принес им.

Пробегаясь слепыми глазами по залу, я впиваюсь ими в знакомый силуэт… Может, мне это, конечно, кажется… даже, наверняка… свет рампы слепит...

Но я буду думать, что это она там, в толпе, и буду ей рассказывать сейчас свою версию нашей истории.

Зачем?

Не знаю… У исповеди нет логики…

Передо мной лежит красивая и нежная,

Я сфоткаю её на память.

Будет слайд шоу.

И мы друг друга изнасилуем тут бешено,

Она полюбит меня может,

Но ей не узнать, что...

Не вспомню я её...

Нахально и грубо

Мы займёмся с нею тем, что называешь ты любовь.

Она одна проснётся в этой спальне под утро,

Ведь не даст мне с нею быть незаживающая боль...

Перед глазами прокручиваются первые моменты нашей встречи: ее пластика... ее испуг... смущение... улыбка...