Вспоминай меня ночью

Все! Сегодня она моя. Не могу же я оставить ее в таком состоянии? Но это тоже всего лишь отмазка. Потребность быть рядом гораздо мощнее сострадания.

А что еще можно ожидать от такого, как я? Все закономерно.

Паркуюсь у дома.

Надеваю пакет с лекарствами на руку и на плечо - ее рюкзачок. Открываю дверь и шепчу негромко: - Хлоя…

Она не реагирует. Протягиваю руку, чтобы подхватить ее, и понимаю, что она уже вся мокрая напрочь, и, при этом, дрожит, не прекращая.

Беру ее на руки и закрываю ногой дверь. На сигнализацию поставлю из окна.

Она безвольно сворачивается у меня на руках, и я, бл*ть, счастлив! Ей хе*ово, а я счастлив… Но это так! И я рад, что она заболела!

Вот мы и дома.

У меня не слишком просторно - большая кровать, плазма, шкаф, компьютерный стол... И сейчас я рад, что комната только одна. Мы ""вынуждены"" будем быть рядом.

Утром я и мечтать не смел...

Аккуратно кладу ее на свою кровать и замираю, чтобы осознать это.

Хлоя в моей постели!"

"Присаживаюсь на колени, стягиваю с нее кроссовки и следом носки.

Ее пальчики пахнут мятой, и я, не удержавшись, провожу губами по своду ее изящной гибкой стопы, оценивая танцевальный подъем свода. Классическая школа?..

Надо бы разбудить, чтобы вкачать в нее порцию лекарств, но не спешу с этим.

Тяну вниз собачку замка на толстовке и аккуратно снимаю. На ней только спортивный топ. Жаль, но его придется оставить. Она не оценит, если посмею обнаглеть настолько. А я хочу, чтобы она осталась у меня подольше.

Желательно, на совсем. Но это, конечно, просто мечты.

Ее топ насквозь мокрый, и она дрожит, как осиновый лист. Я достаю свой самый теплый, подаренный еще мамой, плед и укутываю ее, как мечтал сегодня. Целуя в обнаженные плечи.

Мои губы сегодня явно вышли из подчинения.

Отрываюсь от нее на пару минут, чтобы заварить в кружке лекарство. И снова возвращаюсь. Пора будить.

– Хлоя... – шепчу я, приподнимая ее в сидячее положение и подсовывая под голову парочку экземпляров из моей коллекции подушек.

Она открывает ничего не понимающие глаза и сначала прищуривается от света.

Увидев мои, они начинают расширяться от удивления, а потом зажмуриваются.

– Че-е-ерт… – тянет она, но получается что-то нечленораздельное, потому что ее зубы стучат.

– Выпей. Это лекарство… – придерживая ее в объятьях одной рукой, прикладываю к губам теплый напиток – все, как я мечтал сегодня.

Она автоматически делает несколько глотков, не сводя с меня глаз, и отстраняется.

– Я уснула? – спрашивает хрипло.