Щелкнул снайпер, дал короткую очередь пулеметчик, влепил куда-то гранату гранатометчик, но не из РПГ, а из слегка модернизированного «костра» из которого фактически сделали ружье.
Анатолий считал, что всяким делом должен заниматься профессионал. Прицельная стрельба из подствольника рядовым бойцом весьма посредственна, все-таки для всего нужен обширный опыт, вот он и решил, что пусть лучше ВОГами стреляет гранатометчик.
Тут и там застучали короткие автоматные очереди. Морпехи пленных почти не брали.
— Товарищ старший лейтенант, — позвал Анатолий сержант Клин.
— У меня тут кое-что интересное…
— Что там у тебя?
Киборгин подошел к сержанту и увидел, что тог заинтересовало. А именно кто-то хотел снять фильм о том, как раздолбают неверных воины Аллаха. В общем лежала группа киношников с такой здоровой японской видеокамерой, запасными кассетами и аккумуляторами.
— Надо же, целая… — повертел он в руках громоздкий и тяжелый агрегат.
У Анатолий как-то мелькнула мысль прикупить себе подобное средство видеофиксации для будущего архива, а то наши власти с этим как-то не заморачивались, снимая больше постановочные бои, но очень уж дорого, да и как объяснить появление? И тут такой подгон.
Осталось только придумать, как этот аппарат оставить за собой.
— Отличный трофей. Да еще с записью того, как мы их накрыли…
Вдруг один из членов съемочной группы с синей чалмой на голове зашевелился и еще плохо соображая перевернулся на спину. Его лицо показалось старшему лейтенанту знакомым, уверенному опознанию мешала грязь и кровь, текущая из носа и ушей, а так же недельная щетина.
Наконец этот некто сфокусировал мутный взгляд на стоящих перед ним морпехах.
— Не стреляйте… не стреляйте… — забормотал он.
— О, по-русски лопочет.
А Киборгин наконец узнал кто это. Он привык видеть его более взрослым на телеэкранах сначала российского телевидения, а потом Окраинского.
— Савик Шустер…
Анатолий знал, что этот гад, агент ЦРУ и работает в Афганистане, распространяет фальшивые номера газет «Красная звезда» и «Правда».
Ну и вот, еще телеролики снимает."
"Мелькнула мысль сдать этого урода особистам. Но как мелькнула, так и пропала. Ну, что ему грозит? Несколько лет тюрьмы, а то и вовсе обменяют на кого-нибудь, так он потом снова продолжит гадить с еще большим усердием. Оно ему надо? Все равно ведь потом зачищать придется, а врагов за спиной он оставлять не собирался.
— Нет… нет… не стреляйте!
Бах!
Шустер обмяк с дыркой во лбу.
