Заселился в первую попавшуюся гостиницу. Помылся, тщательно застирал форму и поменяв рубашку, спустился в ресторан. Гостиница оказалась с претензиями, а не простой ночлежкой. Анатолий несколько отвык от нынешних цен, так что обозначенная стоимость услуг его не смутила, расплатился легко, тем более что деньги имелись. Сравнивая цены с будущими в голове вертелась только одна фраза: «дешевле только даром», хотя имелось понимание, что цены все-таки кусаются, но ему было все равно.
Видимо этой легкостью он и привлек к себе внимание, такое отношение к деньгам опытные люди чувствуют, а те, кто имеет с ними дело, всякие продавцы, бармены и прочие кассиры в этом плане профессионалы.
Ну а раз легко расстается, то вывод делается простой, значит у него этого бабла куры не клюют и потому может «поделиться» со страждущими всех мастей.
Пока ждал заказ, к нему, несмотря на то, что хватало пустых столиков, попыталась подсесть ярко накрашенная девушка.
— Привет! Угостите даму?
Анатолий посмотрел на нее пустыми глазами. Общаться, тем более в горизонтальной плоскости, да еще с проституткой не хотелось от слова совсем.
— Приехали к нам в командировку? — продолжила она заигрывать по отработанному сценарию.
— Есть расческа?
— Что?..
— Спрашиваю, расческа есть?
— Д-да… — ответила сбитая с толку девица.
— Вот и чеши отсюда.
Девица пониженной социальной ответственности, еще несколько секунд протупив, презрительно фыркнув, резко развернувшись куда-то ушла.
«Просто ночная бабочка или подкат с подвохом вроде клофелина в вине?» — запоздало подумал он о еще одной вероятности того, как все могло для него закончиться.
Принесли заказ: морковный салат, отбивную и картофельное пюре, и он выбросил мысли о проститутке из головы.
«Пюре у них явно не получилось, водянистое какое-то и вкус на троечку, да и отбивная так себе, жестковата, вкус тоже не на высоте. Разве что салат испортить не смогли, но явно пытались… И чего все вздыхали, дескать раньше вкуснее все было? — недоумевал он.
— Или меня жена избаловала, вот она готовить умела… умеет».
— Позвольте присесть?"
"Не получив разрешения за столик присел мужик плотного телосложения лет сорока пяти представительной чиновничьей наружности, а-ля глава какого-нибудь района или там второй секретарь чего-то там.
— Павел Сергеевич, — представился он.
