Встреча с Вождем

Утром ремонтники собирались двигаться в том же направлении, что и мы, – насколько я понял, заниматься сортировкой битой техники, которой под Бобруйском имелось порядочно. В том числе и благодаря стараниям Бата с Очкариком. Хотя после попаданий снарядов «Т-44» там особо ремонтировать и нечего, только на запчасти или в переплавку…

Чтобы не глотать чужую пыль, выехали мы первыми. Рембат должен был подтянуться позже, начав свою работу как раз на месте батовской баталии. Гелену это, судя по всему, категорически не понравилось, потому он поднял нас рано.

Не, ну оно понятно, конечно: вдруг трофейщики машину времени первыми найдут, ломами раскурочат да на переплавку отправят?! Шучу, конечно. На самом деле миляга Рейнхард просто пытался максимально сузить круг случайных свидетелей, видевших его с майором в моей компании. «Бранденбурги», понятно, не в счет: им просто приказали обеспечить боевое прикрытие некой секретной операции, связанной с пленным русским командиром не самого последнего ранга – может, именно поэтому мне и форму оставили. Да и вообще, они язык за зубами держать умеют – специфика службы такая.

– Насколько я понял, ваш несокрушимый танк был подбит? – язвительно осведомился Рейнхард, закончив осматривать изрытую гусеницами землю. – И именно вокруг него в дальнейшем выстраивали оборону? А потом эвакуировали на буксире?

– Да, болванка разбила ведущее колесо, двигаться самостоятельно машина не могла. И на старуху бывает проруха… – Я прикинулся смущенным и огорченным одновременно.

 – Когда ты один и в тебя стреляет сразу несколько десятков стволов… Просто по закону статистики кто-то должен был попасть. Впрочем, остановка не помешала экипажу моего начальника добить всех врагов. А ночью танк спокойно утащили в тыл, вызвав трактор.

– И именно в этот момент вас атаковала наша диверсионная группа?

– Всё-то вы знаете… – хмыкнул я.

– К сожалению, не всё… – хмуро сказал полковник. – Ладно, здесь мне все ясно.

А что это за обломки?

Я взглянул в указанном направлении, скорее догадавшись, чем узнав в раскиданных в радиусе десятков метров клочьях рваного металла и перекрученных несущих конструкций наш несчастный тягач. Так вот оно что: поскольку эвакуировать сгоревший «MAN» возможности не имелось, тот лейтенант-осназовец решил его подорвать. Неслабо, кстати, рвануло – небось, всю предназначенную для танка взрывчатку истратил.